Читаем Том 2. 1960–1962 полностью

– Я немного запоздал сегодня, – сказал Феликс. – Было совещание у директора.

Все выжидательно посмотрели на него.

– Больше всего говорили о регенерационном заводе. Юрковский приказал на два месяца прекратить все научные работы. Все научники мобилизуются в мастерские и на строительство.

– Все? – спросил Сергей.

– Все. Даже Следопыты. Завтра будет приказ.

– Полетела моя программа, – уныло сказал Пеньков. – И почему эта наша администрация никак не может наладить работу?

Наташа сказала с сердцем:

– Молчи, Володя! Ведь ты же ничего не знаешь!..

– Да, – сказал Сергей задумчиво. – Я слыхал, что с водой у нас неважно. А что еще было на совещании?

– Юрковский произнес большую речь. Он сказал, что мы захлебнулись в повседневщине. Что мы слишком любим жить по расписанию, обожаем насиженные места и за тридцать лет успели создать… как это он сказал… «скучные и сложные традиции». Что у нас сгладились извилины, ведающие любознательностью, чем только и можно объяснить анекдот со Старой Базой. В общем, говорил примерно то же, что и ты, Сергей, помнишь, на прошлой декаде? О том, что кругом тайны, а мы копаемся… Очень была горячая речь – по-моему, экспромтом. Потом он похвалил нас за облаву, сказал, что приехал нас подталкивать и очень рад, что мы сами на эту облаву решились… А потом выступил Пучко и потребовал голову Ливанова. Кричал, что покажет ему «медленно и методично»…

– А что такое? – спросил Пеньков.

– Очень сильно покалечили танки. А через два месяца нашу группу переводят на Старую Базу, так что будем соседями…

– А Юрковский уезжает? – спросил Матти.

– Да, сегодня ночью.

– Интересно, – задумчиво сказал Пеньков, – зачем он возит с собой этого сварщика?

– Турели варить, – сказал Матти. – Говорят, он собирается провести еще несколько облав – на астероидах.

– С Юрковским у меня был инцидент, – сказал Сергей. – Еще в институте. Сдавал я ему как-то курс теоретической планетологии, и он меня выгнал очень оригинальным способом. «Дайте, – говорит, – товарищ Белый, вашу зачетку и откройте, пожалуйста, дверь». Я с большим удивлением иду и открываю дверь. Тут он кидает мою зачетку в коридор и говорит: «Идите и возвращайтесь через месяц».

– Ну? – сказал Пеньков.

– Ну, я и пошел.

– А что это он так грубо? – спросил Пеньков с неудовольствием.

– А я молодой был тогда, – сказал Сергей. – Наглый…

– Ты и сейчас хорош, – заметила Наташа.

– Так перебили мы все-таки пиявок или нет? – спросил Матти.

Все посмотрели на Феликса.

– Трудно сказать, – сказал Феликс. – Убито шестнадцать штук, а мы никак не ожидали, что их будет больше десяти. Практически, наверное, перебили.

– А ты пришел с карабином? – спросил Матти.

Феликс кивнул.

– Понятно, – сказал Матти.

– А правда, что Юрковского чуть из огнемета не сожгли? – спросила Наташа.

– И меня вместе с ним, – сказал Феликс. – Мы спустились в каверну, а огнеметчики не знали, что мы там. С этой каверны мы начнем работу через два месяца. Там, по-моему, сохранились остатки водопровода. Водопровод очень странный – не круглые трубы, а овальные.

– Ты еще надеешься найти двуногих прямостоящих? – спросил Сергей.

Феликс помотал головой.

– Нет, здесь мы их не найдем, конечно.

– Где здесь?

– Возле воды.

– Не понимаю, – сказал Пеньков. – Наоборот! Если их нет здесь, у воды, значит, их и вообще нет.

– Нет-нет-нет, – сказала Наташа. – Я, кажется, понимаю. У нас на Земле марсиане стали бы искать людей в пустыне. Это же естественно. Подальше от ядовитой зелени, подальше от областей, закрытых тучами. Искали бы где-нибудь в Гоби. Так, Феликс? Я хочу сказать, что я тоже так думаю.

– Значит, мы должны искать марсиан в пустынях? – сказал Пеньков. – Хорошенькое дело! А зачем же им тогда водопроводы?

– Может быть, это не водопроводы, – сказал Феликс, – а водоотводы. Вроде наших дренажных канав.

– Ну, это ты, по-моему, слишком, – сказал Сергей. – Скорее уж они живут в подземных пустотах. Впрочем, я сам не знаю, почему это, собственно, скорее, но все равно – то, что ты говоришь, это слишком уж смело… Ненормально смело.

– А иначе нельзя, – сказал Феликс тихо.

– Мать честная! – сказал Пеньков и вылез из-за стола. – Мне ведь пора!

Он пошел через комнату к груде меховой одежды.

– И мне пора, – сказала Наташа.

– И мне, – сказал Сергей.

Матти принялся убирать со стола, Феликс аккуратно подвернул рукава и стал ему помогать.

– Так зачем у тебя так много часов? – спросил Матти, косясь на Феликсовы запястья.

– Забыл снять, – пробормотал Феликс. – Теперь это, наверное, ни к чему.

Он ловко мыл тарелки.

– А когда они были к чему?

– Я проверял одну гипотезу, – тихо сказал Феликс. – Почему пиявки нападают всегда справа. Был только один случай, когда пиявка напала слева – на Крейцера, который был левша и носил часы на правой руке.

Матти с изумлением воззрился на Феликса.

– Ты думаешь, пиявки боялись тиканья?

– Вот это я и хотел выяснить. На меня лично пиявки не нападали ни разу, а ведь я ходил по очень опасным местам.

– Странный ты человек, Феликс, – сказал Матти и снова принялся за тарелки.

В столовую вошла Наташа и весело спросила:

– Феликс, вы идете? Пошли вместе.