В Испании, где руководители меньшинства Гаагского конгресса считали себя полными хозяевами положения, тоже берет верх здравый смысл рабочих. Сторонники Альянса, возглавляющие Федеральный совет, назначили на 25 декабря национальный съезд в Кордове[205]. Согласно порядку дня, принятому на предыдущем съезде в Сарагосе, данный съезд должен был бы заняться приведением организационной структуры Испанской федерации в соответствие с решениями, которые примет общий международный конгресс. Вместо этого Федеральный совет поставил в порядок дня вопрос о выборе между резолюциями конгресса Интернационала в Гааге и резолюциями созванного в Сент-Имье конгресса анти-интернационала[206]. Это было явным нарушением Общего Устава. Поэтому Новая мадридская федерация обратилась ко всем федерациям, верным Интернационалу (признающим Общий Устав и решения конгрессов), с призывом избрать новый временный федеральный совет[207]. Этот призыв уже поддержали такие важные федерации и секции, как в Лериде, Бадалоне, Дении, Понт-де-Вилумаре. Кроме того, против нынешнего Федерального совета высказались федерации в Грасии, Толедо, Алькале и большое число федераций в Кадисе и Валенсии.

В Грасии, промышленном пригороде Барселоны, после продолжавшейся три вечера дискуссии с барселонскими альянсистами эта федерация (насчитывающая 500 членов) единодушно одобрила все гаагские решения и постановила вынести порицание испанским делегатам за их поведение на последнем общем конгрессе. В Валенсии Федеральный совет почувствовал опасность быть побитым на собрании всей федерации и помешал голосованию, которое могло бы оказаться для него неблагоприятным; этот акт уже вызвал раскол[208]. На этот путь Испания еще только вступила; через несколько недель движение будет уже достаточно сильным, чтобы доказать, что испанские рабочие не желают допустить дезорганизации Интернационала в интересах руководителей каких-то тайных обществ.На Гаагском конгрессе стоял вопрос о некоем Буске [См. настоящий том, стр. 149. Ред.], секретаре полицейского комиссариата в Безье, который втерся в ряды Интернационала, но, по требованию своей секции, был уже, впрочем, исключен из него прежним Генеральным Советом. Этот субъект, который позднее был произведен Тьером в чин бригадира полиции в своем городе, нашел защитника в № 21 «Bulletin jurassien»[209]. Этому не приходится особенно удивляться, поскольку из рядов Юрской федерации вышли такие молодцы, как Альбер Ришар и Гаспар Блан, нынешние приспешники Луи-Наполеона.

Написано Ф. Энгельсом 11 декабря 1872 г.

Напечатано в газете «La Plebe» № 122, 14 декабря 1872 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с итальянского

Подпись: Ф. Энгельс

К. МАРКС и Ф. ЭНГЕЛЬС РЕДАКТОРУ ГАЗЕТЫ «INTERNATIONAL HERALD»[210]

Дорогой гражданин!

До сих пор мы считали излишним отвечать на ложь и клевету, которую «автономный» г-н Джон Хейлз неустанно распространял на наш счет. Но, когда подобная клевета пускается в ход от имени и якобы по поручению Британского федерального совета, когда она имеет целью причинить вред Интернационалу в целом, то мы обязаны нарушить свое молчание.

Этот г-н Хейлз, который вдруг выступает как борец за «автономию» секций и федераций, на практике понимает эту автономию как свое личное самодержавие. Он добился своего назначения, во-первых, секретарем для ведения протоколов, во-вторых, секретарем-корреспондентом (внутри Англии и для заграницы); в-третьих, казначеем Британского федерального совета; но так как сам он не в состоянии выполнять одновременно все эти обязанности, то он, в-четвертых, назначает других членов этого совета в качестве своих слуг. И, в-пятых, он пишет письма во все части света от имени Британского федерального совета, но без его ведома и санкции.

Так, например, в № 23 «Bulletin jurassien» мы находим официальное письмо раскольнического Юрского комитета, адресованное Британскому федеральному совету, в ответ на опубликованное там же письмо г-на Джона Хейлза. Существование этого письма, мы в этом уверены, было совершенно неизвестно Британскому федеральному совету.

В этом письме г-н Хейлз утверждает:

«Этот конгресс» (в Гааге) «разоблачил лицемерие деятелей прежнего Генерального Совета, пытавшихся образовать внутри нашего Товарищества обширное тайное общество под предлогом уничтожения другого тайного общества, существование которого ими было изобретено в своих собственных целях».