Вплоть до 1813 г. Гнейзенау неутомимо подготовлял не только регулярную армию, но и народное восстание как средство для свержения французского ига. Когда, наконец, война началась, то ей сразу же стали сопутствовать восстания, сопротивление крестьян и выступления франтиреров. В апреле поднялось вооруженное восстание в местности, расположенной между Везером и Эльбой; немного позднее вспыхнуло народной восстание возле Магдебурга; сам Гнейзенау писал друзьям во Франконию — письмо опубликовано Пертцем, — призывая их поднять восстание там, где проходит коммуникационная линия неприятеля. Тогда, наконец, появилось и официальное признание этой народной войны — «Положение о ландштурме» от 21 апреля 1813 г. (опубликованное лишь в июле), которое призывает каждого физически здорового мужчину, не находящегося в рядах линейных войск или ландвера, вступить в батальон ландштурма, чтобы подготовиться к священной самообороне, в которой признаются законными все средства. Ландштурм должен тревожить неприятеля как во время его продвижения вперед, так и во время его отступления, заставлять его постоянно держаться настороже, нападать на его обозы с боевыми припасами и продовольствием, на его курьеров, рекрутов и госпитали, совершать внезапные ночные нападения на него, уничтожать отставших солдат и отдельные отряды, парализовывать неприятеля и лишать его уверенности во всех движениях; с другой стороны, ландштурм должен помогать прусской армии, конвоировать перевозки денег, продовольствия, боевых припасов, сопровождать пленных и т. д. Закон этот действительно может быть назван подлинным справочником франтирера, и так как он составлен недюжинным стратегом, то в настоящее время он применим во Франции так же, как в свое время в Германии.

К счастью для Наполеона I, этот закон проводился в жизнь крайне слабо. Король был напуган делом своих собственных рук. Позволить самому народу вести борьбу без повелений короля было совсем не в прусском духе. Поэтому формирование ландштурма было приостановлено впредь до момента, когда король потребует этого, чего он так и не сделал. Гнейзе-нау сердился, но в конце концов он сумел обойтись без ландштурма. Если бы он теперь был жив, то, имея за собой весь опыт Пруссии, вероятно, во французских франтирерах увидел бы если не полное, то приблизительное осуществление своего beau ideal [прекрасного идеала. Ред.] народного сопротивления. Ибо Гнейзенау был человеком, и притом гениальным человеком.

Напечатано в «The Pall Mall Gazette» № 1817, 9 декабря 1870 г.

ЗАМЕТКИ О ВОЙНЕ. — XXXI

В кампании на Луаре, по-видимому, наступило короткое затишье, что дает нам время сопоставить сообщения и даты и составить на основании этих весьма запутанных и противоречивых материалов настолько ясный обзор действительных событий, насколько это возможно при данных обстоятельствах.

Луарская армия начала свое существование в качестве отдельного формирования 15 ноября, когда д'Орель де Паладин, командовавший до этого 15-м и 16-м корпусами, был назначен командующим сформированного под этим названием нового войскового соединения. Какие еще войска входили в то время в его состав, мы сказать не можем; эта армия фактически непрерывно пополнялась, по крайней мере, вплоть до конца ноября, когда она номинально состояла из следующих корпусов: 15-го (Пальер), 16-го (Шанзи), 17-го (Сони), 18-го (Бурбаки), 19-го (Барраль, по прусским сведениям) и 20-го (Круза). Из них 19-й корпус никогда не упоминался ни во французских, ни в прусских сообщениях, и поэтому мы не можем предполагать, что он принимал участие в боях. Кроме этих корпусов, под Ле-Маном и в соседнем лагере Конли находились 21-й армейский корпус (Жорес) и армия Бретани, которая после отставки Кератри была передана под командование Жореса. Мы можем добавить, что на севере под командованием генерала Федерба находится 22-й корпус; его операционной базой является город Лилль. Мы не включили сюда кавалерийское соединение генерала Мишеля, приданное Луарской армии; хотя эти кавалерийские войска и считаются очень многочисленными, однако, ввиду того что сформированы они недавно и состав их не обучен, их нельзя рассматривать иначе как волонтерскую или любительскую конницу.