Читаем Том 14 полностью

В этот период как раз товарищ Серго получил одно очень нехорошее, неприятное и непартийное письмо от Ломинадзе. Он зашел ко мне и говорит: “Я хочу тебе прочесть письмо Ломинадзе”. — “О чем там говорится?” — “Нехорошее”. — “Дай мне, я в Политбюро доложу, ЦК должен знать, какие работники есть”. — “Не могу”. — “Почему?” — “Я ему дал слово”. — “Как ты мог дать ему слово, ты — председатель ЦКК и хранитель партийных традиций, как ты мог дать человеку честное слово, что антипартийное письмо о ЦК и против ЦК не покажешь Центральному Комитету? И что, ты будешь иметь с ним, с Ломинадзе, секреты против ЦК? На что это похоже, товарищ Серго, как ты мог пойти на это?” — “Вот не могу”. Он просил несколько раз, умолял прочитать. Ну, видимо, морально он хотел со мной разделить ответственность за те секреты, которые у него имелись с Ломинадзе, не разделяя, конечно, его взглядов, безусловно, против ЦК. Чисто такое дворянское отношение к делу, по-моему, рыцарское, я бы сказал. Я ему говорю, что его участником в таком секрете не хочу быть, я до сих пор считаюсь членом ЦК. Письмо дашь, я немедленно пошлю членам Политбюро, чтобы знали, какие работники имеются, я вот ЦК доложу, и так сказал Серго: “Ты его загубишь, Ломинадзе”, — “Почему? Вот если ты на этом малом, — письмо антипартийное, но не такое, чтобы за него можно было исключить из партии, — если ты на этом малом скажешь о письме членам ЦК, то на большом Ломинадзе поостережется. Если же ты эту штуку спрячешь от ЦК и будешь отстаивать, Ломинадзе и впредь будет надеяться, что можно и впредь некоторые ошибки против ЦК допускать, так как есть люди, которые его могут защитить, и Ломинадзе может повторять эти ошибки, но потом он может попасться на большем, и если он на большем попадется, мы его разгромим вдребезги, пыли от него не останется. Ты его губишь, ты думаешь, что ты его щадишь — Ломинадзе. По-обывательски, может быть, так выходит, но по-настоящему, по-большевистски если смотреть, ты его губишь, потому что ты вовремя его не одергиваешь”. Он говорит, что такие письма и раньше получал. Значит плохо, ты его погубил наверняка, ты его поставил под удар ЦК, потому что он теперь на большем попадется и его не пощадят.

Оно так и вышло. Попался на большем. Ну, конечно, никто так не переживал эту трагедию, как Серго, потому что лично доверял человеку, а он его личное доверие обманул. Он требовал расстрела Ломинадзе. Такая крайность. От его защиты перешел к расстрелу. Мы сказали: “Нет, мы расстреливать его не будем, арестовывать не будем, даже исключать из партии не будем. Мы его просто выведем из состава ЦК”. Вот вам пример, товарищи, пример человека, товарища Серго, через руки которого проходили десятки тысяч людей, который тысячи замечательных хозяйственников и партийцев вырастил. Вот, видите ли, вот такая штука получается, когда замазываешь, скрываешь ошибки товарища и вовремя его не одергиваешь, а, наоборот, прикрываешь, — губишь его, наверняка губишь.

Стало быть, что значит щадить кадры и сохранять их? Это значит, если есть у них ошибки, вовремя указать им на это, вовремя одернуть, не скрывая, не замазывая. Это единственное средство пощадить кадры, единственное средство сохранить их.

Как надо подготовить и переподготовить в духе ленинизма наши кадры? Короткая схема по этому вопросу изложена в проекте резолюции. Кое-что об этом я говорил в докладе, можно было бы более конкретно сказать несколько слов.

Прежде всего надо суметь, товарищи, напрячься и подготовить каждому из нас себе двух замов прежде всего. Будут ли они нынешние вторые секретари или какие-нибудь другие, более подходящие, это зависит, так сказать, от вашей прозорливости и от вашего умения распознавать людей. Но замы должны быть настоящими замами, полноценными, способными вас заменить, потому что если Пленум ЦК примет этот пункт в проекте резолюции, а он его, видимо, примет, то ясно, что мы приступим к осуществлению этого дела.

102 тысячи ячеек у нас имеется в партии, 102 тысячи первичных партийных организаций. Стало быть, 102 тыс. секретарей первичных партийных организаций. Мы их всех отзовем на курсы через 4, через 5 месяцев, отзовем через 3, через 4 месяца — это практика покажет! Но раньше, чем их отзывать, они, эти секретари, должны по два зама выдвинуть для себя. А чтобы они не ошиблись в людях, необходимо, чтобы соответствующие райкомы утвердили списки замов. Мы должны пустить в подготовку и переподготовку партийно-политического характера 102 тысячи секретарей. Это наши партийные унтер-офицеры, от них очень многое зависит, я бы сказал, девять десятых нашей работы от них зависит.