Читаем Том 1 полностью

Беотийский купец входит в сопровождении слуги, оба несут огромные мешки и корзины, набитые дичью, овощами и прочим сельскохозяйственным товаром.

_Дикеополь_

Муж беотийский, тебя приветствую в этих пределах.

Муж беотийский, скажи, что ты принес на базар?

_Купец_

Все, чем Фивы богаты: горох и цветную капусту,

Мяту, горчицу, скворцов, уток, а также ежей,

Чаек, цесарок, а также гусей, перепелок, бекасов,

Белок, а также бобров, кошек, угрей и куниц.

_Дикеополь_

Позволь обнять тебя, посланец неба!

Облобызать тебя хотелось мне бы.

Входи же, беотиец, не робей,

О мудрый врачеватель всех скорбей,

Ты к нам пришел с богатыми дарами,

И верно ли расслышал я? С угрями?

Купец кивает.

Где, где они, желанные друзья?

_Купец_

Ты, самый жирный из морских тритонов,

Ты, пращур всех угрей, явись на свет

И поклонись любезно господину.

(Вынимает из корзины огромного угря и дает его Дикеополю.)

_Дикеополь_

Любимые угри, привет, привет!

Добро пожаловать на нашу кухню.

Привет тебе, отборный жирный угорь.

Ты радость глаза и блаженство брюха,

Уже я предвкушаю, как мы кончим

Ломать комедию и в тот же час

Съедим тебя в ближайшем ресторане.

(Указывая на остальных актеров.)

Я вместе с ними.

(Обращаясь к публике.)

Завидно небось?

У вас, я вижу, слюнки потекли.

Нет, мы играем! Мы съедим угря!

(Поворачивается в сторону своего дома.)

Эй, все сюда, жена, рабы и дети.

Прекрасный угорь к нам попался в сети.

Дети и рабы выходят из дома.

(Жене.)

Раздуй огонь — пускай дрова, горя,

К обеду нам изжарят царь–угря.

В подливе схорони останки эти.

«Таков удел прекрасного на свете».

Жена, дети и рабы уходят, унося угря и часть других товаров купца.

_Купец_

Постой! Постой! А кто заплатит мне?

_Дикеополь_

Да, мы не сторговались о цене.

Ты продаешь угрей по новым ценам?

_Купец_

В такое время лучше жить обменом.

Хочу отдать товар на этот раз

За то, что есть у вас и нет у нас.

_Дикеополь_

За то, что есть у нас и нет у вас?

Что ж, хорошо. Обдумаем сейчас.

В Беотии, к примеру, есть паштеты,

Угри, цыплята, шпик, окорока,

У нас же — полицейские запреты,

Доносчики и двадцать два шпика.

_Купец_

Мне кажется, вопрос об этом ясен,

С таким обменом я вполне согласен.

Все забери — угрей, цыплят и шпик,

Мне нужен только полицейский шпик,

Я посажу диковинного зверя,

Как тигра, в беотийский зоосад,

Пусть беотийцы на него глядят,

Разинув рот, глазам своим не веря.

На всю страну я стану знаменит,

И все купцы откроют мне кредит.

_Доносчик Никарх_ (за сценой)

Контрабанда! Контрабанда! Контрабанда!

_Дикеополь_

А, вот один сюда проник,

Поганый шпик.

Гнилой язык,

Который все охаивать привык,

Никарх, гроза торговцев и базаров,

Инспектор продовольственных товаров.

_Купец_

Как, тот малыш, который к нам бежит?

Но он вполне порядочный на вид.

_Дикеополь_

Глазам своим верить не нужно:

Он честен, но только наружно.

Хоть жалок и мал его рост,

Но он колоссальный прохвост.

_Доносчик Никарх_ (вбегает)

Кто? Кого? Зачем? О ком?

Ты куда идешь с мешком?

Почему? Чего? Какой?

Предъявите паспорт свой.

На торговлю где патент?

Предъявите документ.

Где поймал столько рыб?

Подозрительный тип!

Где продаешь?

Куда идешь?

Постой, паскуда,

Ты не отсюда.

Где твой талон?

Шпион! Шпион!

Ты Спартой заброшен,

Будешь допрошен.

Почему красный нос?

Напишу донос.

А ну–ка, это что у вас?

За вами нужен глаз да глаз.

Контрабанда! Контрабанда!

_Купец_

Прохвост, фискал,

Моих мешков не трогай.

Чего пристал?

Ступай своей дорогой.

Сам видишь — я фиванец,

Я беотийский грек,

Не беглый новобранец,

Не нищий оборванец,

А честный человек.

_Доносчик_

Вот именно! В кутузку!

Тебе не дам я спуску.

Товар твой конфискован,

А сам ты арестован.

Останется в Афинах

Все, что в твоих корзинах.

Угри и гуси, зайцы и ежи.

Бобры, скворцы… Держи его, держи!

Все конфискую,

Всех арестую.

Все запрещаю,

Всех застращаю,

Он диверсант, шпион, изменник,

И за него дадут мне денег.

_Купец_

Что с ним? Родимчик? Он совсем блажной.

Зачем на рыб и птиц идти войной?

_Дикеополь_

Скажи, доносчик, в чем его коварство

И чем опасен он для государства?

_Доносчик_

О публика, этот несчастный глупец

Не может понять, чем опасен купец.

А вам все понятно, почтенные жители?

Вы правду об этом узнать не хотите ли?

(С таинственной важностью.)

Сюда привез он фитили,

Вы разве их не видели?

Один–единственный фитиль

Афины превратит в утиль.

От этих самых фитилей

Сгорят десятки кораблей.

Фитиль он может ночью взять,

Молниеносно привязать

К одной из пойманных стрекоз

Один пылающий фитиль…

Сейчас, конечно, мертвый штиль.

Но если б ветер вдруг понес

Стрекоз на верфи, к кораблям,

Узнали б цену фитилям.

В одно мгновение тогда

Огонь сожрал бы все суда.

«Стены лютым жаром пышут,

Пламя рушит балки, крышу.

Стекла бьет и дым взметает,

Дети плачут, мать рыдает…»

И так дальше в том же роде,

Я не помню, — все равно.

Флот, не побывав в походе,

Опускается на дно.

Из–за этих фитилей

Мы лишимся кораблей.

Вот, приятель, почему

Ты отправишься в тюрьму.

Для спасения страны

Мы схватить тебя должны.

_Дикеополь_

Какую ересь он несет!

Он пьян, а может, идиот?

Нет, нас не застращать угрозами

Да фитилями со стрекозами.

Смотри, доносчик, грязный шпик,

Сейчас прикусишь ты язык.

(Наступает на него, обращаясь к своим рабам.)

Вяжите, ребята, шпика,

Намните ему бока,

Наддайте ему по заду,

Перейти на страницу:

Все книги серии Л.Фейхтвангер. Собрание сочинений в 12 томах

Похожие книги

Варяг
Варяг

Сергей Духарев – бывший десантник – и не думал, что обычная вечеринка с друзьями закончится для него в десятом веке.Русь. В Киеве – князь Игорь. В Полоцке – князь Рогволт. С севера просачиваются викинги, с юга напирают кочевники-печенеги.Время становления земли русской. Время перемен. Для Руси и для Сереги Духарева.Чужак и оболтус, избалованный цивилизацией, неожиданно проявляет настоящий мужской характер.Мир жестокий и беспощадный стал Сереге родным, в котором он по-настоящему ощутил вкус к жизни и обрел любимую женщину, друзей и даже родных.Сначала никто, потом скоморох, и, наконец, воин, завоевавший уважение варягов и ставший одним из них. Равным среди сильных.

Александр Владимирович Мазин , Марина Генриховна Александрова , Владимир Геннадьевич Поселягин , Глеб Борисович Дойников , Александр Мазин

Историческая проза / Фантастика / Попаданцы / Социально-философская фантастика / Историческая фантастика
Михаил Булгаков
Михаил Булгаков

Р' СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ литературе есть писатели, СЃСѓРґСЊР±РѕР№ владеющие и СЃСѓРґСЊР±РѕР№ владеемые. Михаил Булгаков – из числа вторых. Р'СЃРµ его бытие было непрерывным, осмысленным, обреченным на поражение в жизни и на блистательную победу в литературе поединком с РЎСѓРґСЊР±РѕР№. Что надо сделать с человеком, каким наградить его даром, через какие взлеты и падения, искушения, испытания и соблазны провести, как сплести жизненный сюжет, каких подарить ему друзей, врагов и удивительных женщин, чтобы он написал «Белую гвардию», «Собачье сердце», «Театральный роман», «Бег», «Кабалу святош», «Мастера и Маргариту»? Прозаик, доктор филологических наук, лауреат литературной премии Александра Солженицына, а также премий «Антибукер», «Большая книга» и др., автор жизнеописаний М. М. Пришвина, А. С. Грина и А. Н. Толстого Алексей Варламов предлагает свою версию СЃСѓРґСЊР±С‹ писателя, чьи книги на протяжении РјРЅРѕРіРёС… десятилетий вызывают восхищение, возмущение, яростные СЃРїРѕСЂС‹, любовь и сомнение, но мало кого оставляют равнодушным и имеют несомненный, устойчивый успех во всем мире.Р' оформлении переплета использованы фрагменты картины Дмитрия Белюкина «Белая Р оссия. Р

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Историческая проза / Документальное