Читаем Токей Ито полностью

— Пусть он едет к ближайшей границе в направлении к Блэк Хилсу и разведает, свободна ли там дорога. На своем пегом он за два часа обернется туда и обратно. А ты оставайся с Часке у скал и продолжай нести дозор.

— Хорошо. — Глаза мальчика засияли, он тотчас исчез.

Молодой вождь вышел из сумеречной типи в черную ночь. Плотные тучи скрыли месяц и звезды. Ни огонька вокруг, только еле заметно поблескивали замерзшие лужи. Ветер утих. Должно быть, вот-вот пойдет снег. Где-то выли собаки. Их оставалось всего несколько. Остальных съели голодные люди.

Вождь прислушивался и всматривался в темноту. Он заметил, как от палатки к палатке снуют люди. Они исчезали в типи и снова выходили, чтобы прошмыгнуть в соседнюю. Несмотря на темноту, он узнал Уинону. С ней были две девочки. Когда одна пробегала неподалеку, он окликнул ее:

— Грозовая Тучка!

Малышка проворно подбежала к нему.

— Что слышно в палатках?!

— Женщины все хотят идти, потому что их дети здесь голодают. Те, кто знает твой план, уже готовятся в дорогу.

— Мужчины молчат?

— Некоторые молчат, а сами ждут, что скажет жрец Хавандшита. Но трое Воронов уже решились, они согласны с твоим планом. Они не так рассудительны, как Чапа — Курчавый, и потому не видят всех опасностей, и они не так горды, как Четанзапа, и потому не собираются браться за оружие. Они тебя когда-то предали, вождь, но теперь, когда ты указываешь им путь и подаешь надежду, они хотят быть с тобой.

— Это сказала Уинона?

— Да, это ее слова. Женщины и некоторые мужчины считают Уинону колдуньей, потому что она уверяла всех, что ты еще жив…

— Беги дальше. Сейчас вы услышите мой сигнал. Тогда пусть все собираются. Хау. С Хавандшитой я поговорю сам.

Вождь приложил к губам свисток, который ему доверил Тачунка Витко, и издал резкий чистый звук.

Как по волшебству пооткрывались в темноте палатки. Звук военного свистка был знаком каждому дакоте с детства, еще мальчиками они были приучены при этом сигнале вскакивать среди ночи ото сна, и если кто, услышав свисток, еще потягивался и протирал глаза, все смеялись над ним. Ноги и руки словно бы сами повиновались этому пронзительному звуку. В дни вольной жизни дакотов никто не мог себе представить, чтобы воины через минуту после сигнала не были бы возле вождя. Сегодня никто не знал, будет ли это так, ведь единство дакотов было разрушено. Но когда мужчины один за другим поспешили из палаток и каждый видел, что другие тоже идут, всех охватило сильное волнение. Старый Ворон и два его сына первыми оказались около вождя. Подошли Чотанка, Острие Копья, Ихазапа. За воинами спешили женщины, девушки, дети. Они сгрудились против входа в палатку. Однако Унчиды не было, и молодой вождь заметил ее отсутствие. Огонь в очаге раздули, и в его свете все увидели Токей Ито в уборе из орлиных перьев.

Послышались возгласы радости и удивления. Одно то, что человек, в чью смерть они уже поверили, стоял перед ними живой, было для них знамением духа, и они готовы были следовать ему.

Молодой вождь молчал, его ищущий взгляд снова и снова устремлялся в темноту. Еще одного не хватало тут — Хавандшиты — жреца, целителя, старейшины. Его прихода ждали все, потому что он должен был сказать затеваемому походу» да «, прежде чем военный вождь примется за его осуществление.

Почему не пришел Хавандшита? Четанзапа, присутствия которого потребовал жрец, был тут. Он был тут, хотя он ничего и не слышал, не говорил и не мог подняться. Но людей больше не смущало присутствие этого, объявленного белыми вне закона, человека. Они не гнали его.

Хавандшита не шел…

Молодой вождь взял себя в руки, и сам обратился к воинам. И хотя голос его был негромок и прерывался кашлем, он доносился в ночной тишине до всех обитателей стойбища.

— Люди дакота! Я вернулся после того, как Рэд Фокс и Длинные Ножи Джекмана обманули меня и захватили в плен. Я вернулся, чтобы увести вас из резервации на север, в далекие луга и леса, где мы еще можем жить свободно. — Молодой вождь перевел дух. Он почувствовал, как возрастает волнение его слушателей. — Но прежде чем вы сделаете со мной первый шаг, — продолжал он, — я хочу вам сказать правду о вашей жизни здесь, на Бэд Ленд, и про путь, которым я вас хочу повести. Мужественные люди не должны бояться правды, в этом меня убедила жизнь.

— Хау! — выкрикнул из толпы Старый Ворон.

— Я знаю, что вы голодаете, что у вас не хватает воды и что вас обманывают, — снова заговорил вождь. — Может быть, Большое Ухо Вашингтона наконец услышит об этом и вы когда-нибудь получите и пятнистых бизонов и мясные консервы, которые вам полагаются. Многим из нас придется погибнуть от голода и болезней, а кое-кто потом, может быть, и наестся досыта и будет танцевать перед белыми людьми, чтобы развлекать их.

Вождь посмотрел на людей. Никто не шелохнулся.

— Неужели нас ждет собачья участь и мы позволим уайтчичунам издеваться над нами? — спросил Чотанка.