Читаем Токей Ито полностью

— Твой старик вышвырнул нас вон… надо же тебе наконец знать правду. Адамс сын Адамса. Выгнал после того, как мы десять лет батрачили на него. Сказал, что он должен распродать скот и все, что у него есть, и тогда, может быть, наскребет, чем заплатить за землю… Вот мы и пришли…

— Чем же я могу вам помочь? Я ведь такой же горемыка.

— Тогда остается одно, молчать и бить краснокожих, пока сами не получили по пуле.

Этим разговор и закончился. Адамс снова подумал о Токей Ито, которого все боялись и из-за которого они лежали здесь, на посту. Адамс тоже боялся дакоту, но ненавидеть его не мог.

Наконец наступило утро. Горячего завтрака не было. Все съестные припасы были уничтожены взрывом. Пришлось воспользоваться неприкосновенным запасом. Единственный, кто хорошо позавтракал, это Тобиас. Он наловил в реке рыбы. Кэт жадно посматривала, как он пек свою добычу в горячей золе. Но Тобиас, который с удовольствием поделился бы с любым индейцем, был плохим кавалером для дочери коменданта. Он сам съел все до последней рыбешки.

Кэт побрела дальше, и Адамс, наблюдавший за ней, видел, как она подошла к близнецам Томасу и Тэо. Браться с охотой поддержали начатый Кэт разговор. Адамс собирал уцелевшие бревна и доски для временного пристанища, он прислушался.

— Итак, нам нечего стало есть? — обратилась девушка к, Томасу. — Что же делать? Ведь индейцы как-то существуют в этих местах? Должны же они что-нибудь есть?

— Вы правильно рассуждаете, — сказал Томас, подталкивая к Адамсу бревно. — В этих местах, чтоб они трижды провалились, есть только одно, что может поддержать человека, — это бизоны.

— Значит, вы будете охотиться на бизонов?

— Если мы их найдем — будем. Но их не покличешь, как кур: цып-цьп-цып, и они — тут как тут. Бизоны! У них своя голова на плечах, свои пути-дороги. Поблизости их что-то не видно.

— А вождь и его род Медведицы? Что едят они?

— Ну и настойчивы же вы со своими расспросами! У них еще есть зимние запасы — сушеное мясо, замороженное, и если они их съедят, а бизоны еще не появятся, они будут танцевать со своими жрецами и петь: «Добрый дух, пошли нам бизонов, бизонов, бизонов…»

— В самом деле? Но ведь это же глупо?!

— А разве вы, мисс Кэт, не говорите: «… господи… хлеб наш насущный даждь нам днесь!»И вы щебечете это просто так, ведь вы никогда не голодали. А индейцы голодают каждую весну.

— Ну, а если бизоны все-таки не приходят?

— Если бизоны не идут к индейцам, индейцы сами идут к бизонам. Они разбирают свои типи и отправляются в другие места. Мужчины на быстроногих мустангах носятся по прерии и отыскивают стада. А если не находят в своих охотничьих угодьях, то ищут в чужих. И тут уж не обходится без кровопролития.

Кэт задумалась.

— Да, это не легкая жизнь, — сказала она и посмотрела на Адамса; тот отвернулся. — Вечно кочевать со своими палатками и никогда не иметь настоящего дома… Нет, такая жизнь не для нас. Не можем же мы тотчас сорваться с места и отправиться искать бизонов, хотя бы потому, что на нас могут напасть индейцы!

— Да, мисс Кэт, не можем. Нам нужно искать другой выход.

— Но какой?

Томас наморщил лоб.

— Майор уже отдал приказ, чтобы лейтенант Роуч с частью отряда вернулся на форт Рэндол и снова потребовал там провианта и оружия. Ну и вытаращат же они глаза, когда узнают, что тут стряслось. Здесь останется лишь несколько человек. Уцелевшего продовольствия им хватит. Вы поедете с Роучем.

— Это не ваша забота! — Кэт гордо подняла голову. — Я останусь с отцом. Скажите лучше, нет ли у вас портного?

Томас и Тэо рассмеялись.

— Спросите лучше, мисс, у кого-нибудь другого, мы еще плохо знаем людей гарнизона. Уж не собираетесь ли вы сшить костюм для верховой езды?

— Конечно. Я уже все придумала.

— Значит, вы действительно решили тут остаться!

— Не могу же я возвратиться к тетушке Бетти, я ведь обманула ее.

— Что же, она хуже индейцев?

Кэт улыбнулась, но ответила совершенно серьезно:

— Конечно хуже… Она так со мной обращалась! Мы, Смиты, не богаты, а у нее много денег, очень много денег… Она относилась ко мне как к ребенку, взятому в дом из милости. И я должна была целыми днями ублажать тетушку, потому что я ее наследница. Для меня, Томас, это невыносимо, я больше не вернусь в этот дом. Ну только представьте себе: брошенная невеста раскаялась и возвращается к ней… Нет, лучше уж пусть меня застрелит дакота, а тетушка Бетти пусть завещает деньги какой-нибудь богадельне. Я не собираюсь их заслуживать!

Щеки Кэт пылали. Адамс, опершись на топор, не спускал с нее глаз. Так вот что это за девушка, на которой он готов был жениться ради денег! Адамсу стало стыдно.

Кэт оглянулась и увидела неподалеку лейтенанта Роуча. Должно быть, и он слышал ее слова. Она резко повернулась и пошла прочь.

Наступил полдень. Работы по расчистке территории и постройке временного укрытия заметно продвинулись. Роуч с большей частью гарнизона покидал разрушенный форт. Холодно и равнодушно простился он с Кэт. Девушка не произнесла ни слова.

С майором на форту осталось всего десять человек, в том числе Тобиас, Адамс, Томас и Тэо. Кэт тоже настояла на своем.