Читаем Точка возгорания полностью

Трейси Вандемеер опустила микрофон и обвела взглядом холл. Внимание ее привлекла группа полицейских в углу. Сонора воспользовалась этим, чтобы улизнуть. Шансов раздобыть какую-либо информацию в мужском клубе у Вандемеер не было никаких.

Сонора вернулась в холл, рассчитывая встретить там кого-нибудь из службы безопасности больницы. Вместо этого она увидела Китона Дэниелса, стоявшего в коридоре, прислонившись спиной к стене. Неожиданно ее посетила мысль о том, что она была последней, чье лицо Марк Дэниелс видел перед смертью.

Глубоко засунув свободную руку в карман плаща, Дэниелс глоток за глотком отхлебывал кофе из чашки. На распахнутом темно-синем плаще поблескивали капли дождя. Выпавший из кармана конец пояса касался пола. Дверь позади Дэниелса была открыта. На ней висела табличка «СЕМЕЙНАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ. ЧАПЛИН».

Приближаясь к брату погибшего, Сонора внимательно изучила его, отметив следы слез на белой рубашке, а также пятна копоти на ботинках и брюках цвета хаки. Подойдя к нему вплотную, она на секунду задержала дыхание, пытаясь определить наличие запаха гари. Но этого запаха не было. Хотя чтобы утверждать наверняка, нужно было, чтобы он по крайней мере снял плащ.

— Ваш плащ совсем промок, — улыбнулась Сонора, — по-моему, его лучше снять, — продолжила она голосом, в котором неожиданно зазвучали материнские нотки.

Поначалу мужчина смотрел на нее рассеянным взглядом, но после ее слов он быстро собрался. В глазах его сквозили так хорошо знакомые ей недоверие и боль, мольба о свершении чуда и успокоении души. Именно такие глаза ей иногда доводилось видеть в снах.

— Ваш плащ?

Он неторопливо снял его и перекинул через руку. Белая хлопчатобумажная рубашка была чистая, хотя и изрядно помятая. «Если этот парень причастен к убийству, — подумала Сонора, — то у него было достаточно времени, чтобы сменить одежду. А проверять-то придется и его». Она протянула ему руку.

— Инспектор Сонора Блэйр, полицейское управление Цинциннати.

Мужчина посмотрел ей прямо в глаза и крепко пожал протянутую руку. Выглядел он достаточно интеллигентно и наверняка был моложе того возраста, который поначалу определила ему Сонора. У него были карие глаза и густые вьющиеся волосы черного цвета.

— Китон Дэниелс, — представился он.

«Китон, — мелькнуло в голове у Соноры. — Ключ[1]? Когда Миннер вытаскивал Марка из горящей машины, тот кричал что-то похожее.

— Что с Марком?

В его низком голосе явственно ощущался отзвук страха. Он все еще держал ее ладонь в своей руке, хотя, как показалось Соноре, не отдавал себе в этом отчета. Автоматические двери раздвинулись, и в холл ввалилась новая группа репортеров, один из которых — молодой человек в синих джинсах и старой армейской куртке — о чем-то оживленно спорил с больничным охранником.

Сонора провела Дэниелса в комнату для консультаций, представляющую собой настоящий оазис: потертый зеленый ковер, несколько небольших виниловых топчанов, мягкие уютные стулья. Один из таких стульев Сонора предложила Дэниелсу. На ее взгляд, эта комната была наиболее подходящим местом для проведения спокойной и плодотворной беседы.

— Присаживайтесь, мистер Дэниелс. Я вернусь через минуту.

Она выпорхнула в холл и направилась к охраннику.

— О’Коннор? — прочитала она у него на нагрудном значке. — Похоже, у тебя здесь хватает помощников. — Сонора махнула рукой в сторону холла. — Двадцать шестой канал уже приступает к активным действиям, а они далеко не последние муравьи на этом пикнике. Держи их всех в комнате для посетителей. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из них проник в приемный покой. С Трейси и ее бандой все в порядке, но будь повнимательнее с этим оператором с двадцать шестого. Видишь того человека в костюме, во-он там? Это Норрис Вебер, из службы безопасности больницы. Когда-то он был, как и мы, полицейским, сейчас на пенсии. Держи с ним связь. Брат потерпевшего сидит в комнате для консультаций — мне не хотелось бы, чтобы его беспокоили. Ты меня понял?

— Да, мэм.

— Ну и отлично.

С этими словами Сонора отправилась обратно в приемный покой, чтобы еще раз с помощью Грэйси проверить информацию, касающуюся Марка Дэниелса. Было бы бесчеловечно сообщать Китону Дэниелсу плохие новости, не убедившись окончательно, что его брат мертв.

Дверь в комнату для консультаций была закрыта. Сонора вставила в диктофон новую кассету, а затем осторожно приоткрыла входную дверь.

Китон Дэниелс сидел на краю стула. Он снова надел плащ, хотя в небольшой по размерам комнате для консультаций было довольно жарко.

— Мистер Дэниелс?

— Да? — В его взгляде прочитывались одновременно настороженность и растерянность.

— Простите за то, что я заставила вас ждать так долго.

— Что с Марком? Могу я увидеться с ним?

Сонора присела на небольшой виниловый топчан, и тот тихо скрипнул. Ее колени коснулись колен Дэниелса, и ей пришлось сдвинуться немного вбок. Затем Сонора взглянула на его левую руку: нет ли на безымянном пальце обручального кольца?

— Есть ли у вас кто-нибудь из близких, кого я могла бы пригласить сюда побыть с вами? Ваша жена?

Китон Дэниелс отвел взгляд, опустив глаза вниз: