Читаем Точка опоры полностью

А ты из девятнадцатого века,Не очень из двадцатого и я,Два русских непрактичных человека,Такая нетипичная семья.Вокруг за долю лучшую сраженья,А мы ту долю, что судьбой дана,Приемлем целиком, без возраженья,И нам другая, в общем, не нужна.Глядим в зелёно-голубые дали,Фантазиям конца и края нет.Страдаем так, как прадеды страдали, —Не за себя, за целый белый свет.Романтики, мечтатели смешные,Весь мир в добро хотели б нарядить,И разочарования сплошныеНе в силах нас ни в чём разубедить.Всё в розовом хотим увидеть свете,И каждый встречный нам как будто друг,Наивны и доверчивы, как дети, —А нам по морде ото всех вокруг!..Витаем в облаках по бездорожью,И на песке возводим города,Нас опустить на землю невозможно,Нас можно только в землю навсегда…Мы вроде не юродивы с рожденьяИ современны вроде бы во всём,Но убежденья мы со дня рожденья,Как тяжкий крест, с улыбкою несём.Нам честность — словно вечные вериги,Нам совесть — добровольная тюрьма,Достаток нам — как будто грех великий,А скромность — наша вечная сума.И всё-таки мы счастливы, ей-богу,Мы вместе, мы одной судьбой живём,Одну с тобою выбрали дорогу,Одну — Россию — родиной зовём.Пусть ты из девятнадцатого века,И пусть не из двадцатого и я,Два русских непрактичных человека —Мы всё-таки счастливая семья!

ТЫ ГОВОРИШЬ — УЙДИ…

У нас Ч.П.! Меж нами кошкой дранойНелепый случай нагло прошмыгнул,И словно струны, нервы натянул,Нанёс душе пронзительную рану.И мы сидим, и в стороны глядим,За горло держим память дорогую,И вдруг в сердцах ты шепчешь — что ж, уйди,Я надоела, поищи другую…Мне уходить? Зачем? Куда? К кому?Кто ждёт меня на этом свете грешном?Людского безразличья ад кромешныйВсегда был страшен сердцу моему.Вокруг непониманья тусклый мрак,Вокруг вранья и чванства хаос мерзкий,Предательство идёт по трупам дерзко,И не понять уже кто — друг, кто враг.Так холодно вокруг, что в мыслях дрожь,Мечту и веру иней покрывает,И только Дом мне сердце согревает,Мой милый Дом, в котором ты живёшь.Куда уйду? И кто меня поймёт?Кому открою раненую душу?Кто будет лиру трепетную слушать?Кто в песню силу новую вдохнёт?..Ты, только ты! Других на свете нет,Кому б я верил так и так был предан,Кем пораженья мерил и победы,Из-за кого я, собственно, поэт.Нет, не уйду я. Даже не проси.Мне Дом родной дороже всей планеты!Мне счастья без него на свете нету!Так что терпи меня, свой крест неси!Пойдём же дальше, рядом, как всегда,И счастливы всем назло станем трижды!Когда же позовёт к себе Всевышний,Мы неразлучны будем и тогда…

МЫ ВМЕСТЕ!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза