Читаем Тьма сгущается полностью

Он не знал, слышали ли о нем в здешних лесах, но судя по тому, как у партизана глаза вылезли на лоб, — слышали.

— Гаривальд-миннезингер в моем отряде?! — воскликнул он. — Вот удача привалила! Я, Мундерик, освободил тебя! — Он ударил себя в грудь и вытащил нож. — Теперь ты мой человек.

Заброшенный в неведомые края, чудом спасшийся от неминуемой смерти, Гаривальд восторженно кивнул. Он уже не был крестьянином и пленником тоже не был. Нож Мундерика рассек его путы, и сочинитель с радостью вступил в ряды ункерлантских партизан.