Накатил необоснованный ужас. Я громко выдохнула, прижимая ладонь к груди, где бешено забилось сердце. Шаг назад, — и едва не осела на алтарь, пачкая штаны в крови и пыли.

   Я смутно чувствовала, как Идвин помогает мне встать. Легко бьет по щекам, пытаясь привести в чувство, отряхивает налипшую на одежду грязь.

   — Что происходит? — с трудом проговорила я непослушным языком.

   Призрак явилась легким сквозняком. Ее силуэт поначалу вырисовывался молочным облачком, на котором медленно проступили очертания фигуры, одежды, и лишь затем оформилось лицо.

   — Прошу прощение, повелительница, но я не могу выполнить это поручение.

   Ее губы отчего-то дрожали. Глаза переполнял... страх?

   Так это ее чувства я испытала? И это при том, что, наученная Идвином, по привычке поставила все требуемые блоки, которые должны оберегать меня от влияний извне.

   — Как это понимать? — тихо и угрожающе спросил некромант.

   — Я… просто не могу. Над этим человеком уже довлеет другой дух. Из подселенцев. Так долго, что душа живого почти срослась с мертвым.

   От удивления я смогла только раскрыть рот, не в силах что-либо сказать.

   — Подселенец? Знаешь конкретно, что за дух?.. — медленно спросил Идвин.

   — Это хорогг. Достаточно старый, чтобы представлять для кого-то вроде меня серьезную опасность. Немилостивому Вернису, да будет кровью и мечом запечатлено имя его, было угодно, чтобы хорогг не успел заметить его слугу… Вас опередили и давно. Кто-то, используя духа, уже долгое время внушает этому человеку нужные мысли и постепенно меняет его личность... Хорогг и смертный начали срастаться друг с другом. Жертва оказалась слишком слабовольна, чтобы с ним бороться.

   — Хорогг? Это еще кто? — спросила я, смотря на серьезное лицо Идвина.

   — Пренеприятные духи, которые и при жизни умели доставить другим людям достаточно неприятностей, — размыто ответил тот и тяжело вздохнул, странно на меня посмотрев. — Клэр… хорогги в природе редкость, сами подсосаться к человеку они не способны, а подселить его может лишь опытный некромант. Убрать его крайне сложно, а без ведома того, кто это сделал — невозможно.

   Я медленно осела обратно в пыль, опираясь спиной на гранитный алтарь. В голове в змеиный клубок свились пугающие мысли, и чем дольше я размышляла, тем сильнее ужас сжимал сердце.

   — Нужно проверить еще одного человека, — тихо сказала я. — Его личной вещи у меня с собой нет, но, думаю… будет достаточно моей крови. Я… я хочу, чтобы ты взглянула на моего отца.

   Идвин протянул мне стилет вперед рукоятью. Стоило провести по его тонкой грани пальцем, как лезвие окрасилось алым.

   Кровь, текущая во мне от родителя, содержала в себе насыщенный концентрат энергии, окрашенный в ярко-красный. Призрак поглотил его в виде пульсирующего шарика и снова исчез.

   Я молча сунула пораненный палец в рот. Идвин сел рядом. Он явно не имел ни малейшего понятия, что нужно говорить в подобных случаях.

   Призрак вернулась быстрее, чем в прошлый раз. Я уставилась на нее, не в силах задать свой вопрос вслух, но уже знала ответ.

   Призрачная женщина молча кивнула, подтверждая мою догадку, и на ее лице мелькнуло сочувствие.

***

— Твой отец куда в лучшем положении, чем… Эвалус. — Голос Идвина был тих, но мне казалось, что стены старого храма многократно усиливают его. — Видимо, тот, кто все это сделал, не смог должным образом повлиять на твоего отца, раз решил воздействовать на ваше предприятие через управляющего.

   — Ты разве не понимаешь?! Эта тварь сидит на нем. Ее надо немедленно вырвать с корнем!.. Я сотру с лица земли того, кто посмел это сотворить, кем бы не был этот сукин сын!

   Я давно не контролировала себя. Стоило мне отпустить призрака, которая вновь вернулась к молитве кровавому богу, как я окончательно перестала держать себя в руках.

   — Клэр, сначала нужно понять, кто это сделал, а для этого требуется время. И…

   — Прежде всего нужно снять эту тварь с отца! Может, странное увлечение играми за последнее время и его отношение к тому, что сейчас твориться на предприятии, просто результат пагубного воздействия этой мерзости. Сколько он еще сможет продержаться? Что он успеет натворить? Заложит родовое поместье?! Продаст украшения матери?! …

   Голос сорвался на крик. Я ходила кругами, давно игнорируя присутствие пары сотен духов.

   Долго так продолжатся не могло.

   Некромант молча взял меня за руку и потянул к выходу. Я хотела отдернуть ладонь, но сквозь пелену бессильной ярости вдруг поняла, что нам действительно стоит уйти.

   Пока хозяйка этих владений сама не решит указать на дверь.

   Но несколько мгновений вынужденного молчания лишь разожгли яростное пламя внутри.

   — Узнать кто это сделал, говоришь, — продолжила я, едва мы оказались за пределами стен храма. — Ты и я прекрасно знаем, кто именно это мог сделать! Энтон Корре, кто же еще! Ему от моей семьи что-то нужно, он так и вьется вокруг нас, всяческими способами пытаясь достичь своей цели…

   Идвин резко повернул меня к себе, тем самым прерывая поток моих излияний. Я натолкнулась на взгляд темно-зеленых, с изумрудным отливом из-за игр светоча глаз. Внимательных, обеспокоенных и … злых?

   Повисла тишина.