Читаем Тлеющий уголек (ЛП) полностью

- Да, - говорит мистер Маккерли. - Подождите, вы кто? Я никогда раньше не видел вас на своих уроках.

- Скажем так, я бы хотел остаться анонимом, - говорит он, перебивая профессора. - И лично я думаю, что это было удивительное стихотворение о боли и выживании.

Профессор снова просматривает стихотворение.

- Ну, это хорошая трактовка, но я думаю это больше естественный процесс смерти.

Камерон постукивает пальцем по столу.

- Смерть может быть темой, но я не думаю, что это целиком об этом. Я думаю это больше о боли тех, кто чувствует смерть, и они должны пройти через эту боль, даже если думают, что не смогут. Возможно, они потеряли кого-то близкого, и они пытаются освободиться от постоянных душевных страданий и мучений.

Все замолчали и клянусь, я могла бы поцеловать красивые губы этого парня. Он оборачивается и окидывает меня взглядом, который говорит: «Ты знаешь, что влюблена в меня».

- Ну, это очень глубокая мысль, - мистер Маккерли выглядит таким же озадаченным, как и остальные. - Но откуда ты взялся? Я не видел тебя здесь раньше.

Камерон щелкает ручкой.

- Я работаю на передаче... думаю, я возьму этот урок в следующем семестре.

Профессор перебирает какие-то бумаги.

- Где ты жил до приезда сюда?

- Нью-Йорк, - отвечает Камерон сухо.

- О, Большое Яблоко. - Мистер Маккерли выбирает лист бумаги из стопки, а остальные кладет на стол.

- Типа того, - Камерон звучит скучно.

- Ну, здорово, что ты здесь не просто как гость, а как новый член нашего города.

Профессор Маккерли также является членом комитета города, и он приветствует Камерона, прежде чем перейти на Шекспира. Камерон не смотрит на меня во время занятий, однако, я не могу отвести от него глаз. Он завораживает и одновременно пугает. Кто этот парень, который раскапывает могилы на кладбище? Кто говорит за меня в классе и пишет самые красивые слова? Кто из Нью-Йорка, как и Ашер?

Совпадение? По некоторым причинам, я так не думаю.

****

Мой следующий урок, как и оставшиеся, смертельно скучный. Я отправляюсь на свой третий и последний урок на сегодня, когда замечаю, что секретарь из главного офиса машет мне.

Она поднимает палец, пока продолжает разговаривать со стройной женщиной со светлыми волосами, острым носом и очках, закрывающих практически все ее узкое лицо. Ее волосы стянуты в тугой пучок, и она носит строгий брючный костюм в тонкую полоску. Я опускаюсь в кресло и жду.

- Да, я знаю, но я не понимаю, почему ты должна делать это здесь, - говорит женщине секретарь, миссис Финнели.

Женщина опирается на стойку.

- Не могла бы ты проверить еще раз?

Миссис Финнели вздыхает и что-то набирает на своей клавиатуре. Она откатывает свой стул к углу шкафа и достает тонкую папку.

- Держи, Бэт, но я не понимаю, как это поможет. На самом деле, она прямо здесь, так что ты можешь просто поговорить с ней.

Бэт оборачивается, и ее голубые глаза стремительно темнеют от ненависти.

- Эмбер Эдвардс, я детектив Краммер.

Мои губы кривятся.

- Ладно.

Она движется к двери психолога.

- Почему бы нам не пойти сюда, чтобы мы могли поговорить наедине.

Я следую за ней в кабинет психолога, который набит растениями и семейными фотографиями. Здесь сумка весит на вешалке в дальнем углу, а воздух пахнет тыквой и специями. Детектив Краммер садится в офисное кресло, а я сажусь перед столом.

Она открывает папку с моим именем.

- Ты преуспела в английском... но в математике слабовата, - она снимает очки и бросает их на стол. - Что ж, перейду сразу к сути, у нас всего несколько минут. - она катит кресло вперед и кладет руки на стол. - Я уверена, ты слышала, что Ладен Миллер пропал прошлой ночью. Итак, последнее место, где его видели - это вечеринка, на которой была и ты. Правильно?

- Да, - отвечаю я. - Но там было много людей.

- Простого «да» или «нет» будет достаточно, - ехидно говорит она. - Уже, как я уверена, ты слышала, что внизу моста была найдена машина Ладена Миллера, в очень похожей ситуации нашли машину твоего отца, исчезнувшего три года назад. Ты была единственной, кто расследовал его исчезновение - у полиции не было никаких зацепок.

Я нагло скрещиваю руки.

- Обвинения против меня были сняты.

Она вытаскивает маленький блокнот из кармана пиджака.

- Я подняла дело твоего отца и там сказано, кто звонил ему перед исчезновением. Вызов был от тебя, и ты сказала, что он будет убит.

- Нет, я сказала, что он умрет. Это огромная разница.

- Огромная разница или нет, но это очень подозрительно. И сразу после этого ты сбежала.

Я предпочитаю промолчать, по опыту зная - чем меньше слов, тем меньше возможности искажать то, что я говорю.

Она щурит на меня глаза, потом делает какие-то пометки в блокноте.

- Это такое странное дело. Вороньи перья, песочные часы, ярко-красный крест на дороге. И, конечно же, кровь.

- Это все символы смерти, - говорю я. - Я говорила это полиции в последний раз.

Она хмурит брови, перечитывая свои записи.

- Хм... никто не принял это к сведению.

Я равнодушно пожимаю плечами.