Читаем Тюрьма народа полностью

Казаков окружили танками и их, поющих молитвы, стали зверски избивать солдаты в английской форме. Е. Польская свидетельствует: "Не знаю, как для власовцев, но для казаков из Италии и Балкан к акту репатриации были привлечены еврейские интернациональные антифашистские части, где были собраны евреи из многих стран, в том числе и советской, о чем свидетельствовала неоднократно слышанная мною русская речь среди облаченных в английское хаки солдат. Для этих частей акт репатриации людей, "сотрудничавших с фашизмом", был актом, прежде всего, возмездия. Отсюда такая жестокость (азиатская жестокость! – А.Ш.) репатриации из Австрии, бескомпромиссность ее… Отсюда и зверства солдат в хаки… Иегова собрал тогда хорошую жатву и, мстительный, довольно потирал руки. А наша религиозно-фанатическая демонстрация, очевидно, только усугубила ожесточение одетых в хаки "англичан". По словам Е. Польской, вечером 2 июня жители Лиенца отказывались обслуживать солдат-евреев в ресторанчиках и магазинах, объясняя им: "Вы стреляли в крест!"

***

Часто наши патриоты упрекают руководство Рейха в "нежелании" широко опереться в борьбе против Совдепа на русское антисоветское движение. Так, например, постоянно твердят о слишком медленном, по их мнению, развертывании немцами власовской РОА. Чуть ли не первым обвинителем такого рода стал Солженицын, но он же называет и причины немецкой сдержанности: "Движение Власова не считает себя связанным на жизнь и смерть с Германией, в нем – сильные англофильские симпатии и мысли о перемене курса. Движение – не национал-социалистическое, и еврейский вопрос им вообще не признается" (из доклада германского министерства пропаганды, февраль 1945). Причины веские. И, как показали события конца Войны, недоверие немцев к Власову было вполне обоснованным: едва получив оружие из рук Германии, 1-я дивизия РОА в мае 45-го ударила в спину Рейху, "освободив" Прагу (там власовцы надеялись дождаться американцев и предъявить им, как визитную карточку, свой позорный "подвиг").

Тем же русским, кто связал себя "на жизнь и смерть с Германией" и идеологически приближался к Национал-социализму немцы вполне доверяли. И эти русские до конца остались верны общей Борьбе.