Читаем Тишина полностью

— Некоторые из великих женщин церкви, — ответила она, — говорили, что святые люди — то есть не такие мелкие управляющие, как мы, а люди, которые осуществили промысл Божий, — могут выступать в трех различных обличьях, трех различных ипостасях Спасителя. Звуковая сторона. Физическая форма. И любовь.

— Я воспитывался вне церкви, — сказал он. — Меня не крестили, и я не проходил обряд конфирмации. Я не знаю, как следует разговаривать с настоятельницей. Но если бы меня спросили, я бы сказал, что вы уходите от ответа.

Они слушали плеск скрытой от них воды. Он не знал, можно ли полагаться на Синюю Даму. Как правило, на людей полагаться нельзя. Как правило, этого и не требуется. На сей раз это имело решающее значение.

— Когда я был маленьким, — продолжал он, — мама как-то взяла меня с собой в церковь Александра Невского на Бредгаде. Она там беседовала с женщиной, которая, очевидно, была вашей предшественницей. Женщиной, с которой она, по-видимому, познакомилась здесь, когда была еще ребенком.

— Это, должно быть, была мать Рабия.

— Много лет спустя я написал ей письмо. Я очень болел в детстве. Какое-то время я ничего не видел и был частично парализован. За это время мой слух изменился. Мне некому было рассказать о том, как я научился слышать. Поэтому я и написал ей. Через тринадцать лет я снова увидел свое письмо. У женщины, которая меня оставила.

— Письмо, должно быть, сохранилось в архиве. Там она его, очевидно, и получила. Это плохо?

Он не мог повернуть голову. Но чувствовал, что она смотрит на него.

— Причиной всего была грубость? — спросила она.

— Я был загнан в угол.

— Женщинам редко нравится грубость.

— Женщины используют меня. Так мне тогда казалось. Именно этого я и испугался. Когда увидел письмо. Женщинам что-то нужно. Мои деньги. Слава. Моя энергия.

— Может быть, — заметила она, — им просто хочется быть поближе к твоей скромности.

Ему удалось повернуть голову в ее сторону. Несмотря на боль. И электроды.

Ее там не было. На стуле, где она сидела, лежал беспроводной телефон.

Он узнал номер Государственной больницы в справочном. Максимилиан взял трубку.

— Ты в Испании?

В голосе не было силы — похоже, от его тела осталось уже совсем немного.

— Я никуда не уехал. Лежу в больнице. По поддельной медицинской справке. Свеженький, как огурчик.

Он слышал, как отец вслушивается в его ложь. Беспокойство родителей за детей никогда не кончается.