Коли был бы я свободен в чувствах, не посмел бы я отвергнуть такое признание, ибо дорогого стоят чудные эти слова и звучат они безмерной любовью, за которую готов я помогать вам, и служить, и почитать вас, как родную дочь. Но не властен я дать вам то, что уже отдано другой и ей лишь принадлежит, а потому немедля сознается ваш верный слуга в своем грехе: давно уже люблю я одну прекрасную девицу, она же отвечает мне взаимностью, и коли пришлось бы мне подло обмануть чувства той, что была со мною честна и благородна, не простил бы я себе такого злодейства. Лучше умереть, нежели совершить подобную низость, а коли сама мысль о том придет мне в голову, пусть Господь разверзнет землю подо мною и поглотит меня страшная могила. Велик ум ваш, госпожа моя, и известна любовь вашему сердцу, а потому не пожелаете вы для других того, чего не желаете для себя самой. И молю вас не обижаться на мои речи, ибо столь высоки достоинства ваши, что не сыскать вам равной во всем свете, и самые доблестные рыцари и принцы за великую честь и счастье почтут обладать вами и вашей красотою. И как слово истины усмиряет страсти, так ваши непобедимые и мудрые речи рассеяли мрак моего сердца, пребывавшего в невежестве, и проповедь ваша осветила ясным лучом мой разум и укрепила волю: отныне я верный и преданный слуга вашей милости и ради вашего блага не пощажу и самой жизни. Признался я в своем грехе, и от всей души должны вы простить меня, ведь сам Господь повелел мне хранить верность той, которая безмерно любит меня и чьи достоинства ничем не измерить. Обливается кровью мое сердце, и нет ему ни покоя, ни радости, пока не повстречается с той, что навеки его пленила. Даже совершенства вашей милости не в силах совладать с силой моей любви, и хотя всегда стремится любовь к одной лишь вожделенной цели, поверьте, лишь о том буду помышлять я, видя красоту вашу, ум и любезность, чтобы верно служить вам до скончания дней, и ни о чем ином. И дабы не впасть в заблуждение, не стану я больше рассказывать о моих чувствах, хотя и сильнее они тех страданий, что довелось мне претерпеть, но, как сказал один великий поэт, страдание гонит прочь мысли о любви. И еще одна есть причина, о которой не след нам забывать: ваша милость — мавританка, я же — христианин, а потому никогда не будет законным наш брак. Однако ж, госпожа моя, несмотря на эти речи, не теряйте веры в меня: пока душа пребывает в моем теле, буду я служить вам и, где бы ни был я, несравненная госпожа, подле вас иль вдали от вас, буду я помнить о моем долге.

И вот что отвечала ему королева со слезами на глазах.

Глава 324[630]

О том, что отвечала королева Тиранту.