Читаем Тёмная рать полностью

Услыхав, какое наказание его ожидает, водитель закономерно потерял сознание. Это было очень хорошо. Ведь только запугав лоха до потери сознания, можно было полностью его контролировать.

Пленник был приведен в чувства нежным ударом тяжелого ботинка в мягкий бок. Открыв глаза, он увидел над собой Цента с лопатой и Владика с огромным камнем, который тот взял в руки по приказу бывшего рэкетира.

- Простите! - захлебнулся слезами обреченный.

- Я не чувствую в его голосе искреннего раскаяния, - покачал головой Цент. - Владик, он твой. Делай свое черное дело.

- Нет! Пожалуйста! Не надо! Я хороший!

- Хороший? - усомнился Цент. - Тогда почему работаешь на злодеев из Последнего ордена?

- Я туда случайно попал, - принялся взахлеб каяться пленник, неотрывно глядя на камень в руках Владика. - Меня туда друг привел. Я и не знал, что они затевают. Нам там читали разные интересные лекции, рассказывали об истории, мифологии, мы в походы ходили....

- Прямо пионеры, - проворчал Цент.

- А потом, когда я узнал, уже было поздно. Наш вождь, волхв Будимир, сказал нам, что настал великий день, старый мир исчезнет и на его руинах возникнет новая цивилизация. И лишь те, кто достойны, останутся жить и продолжат свой род. Остальных поглотит гнев старых богов.

- Гнев, это типа они в мертвецов превратятся? - уточнил Цент.

- Да. Это боги обрушили свою ярость на тех, кто отрекся от них, отринул истинную веру.

- Но мы-то живы, - заметила Машка. - Мы в мертвецов не превратились. Значит, мы хорошие. Зачем вы нас-то убить пытались?

- Великий волхв Будимир объяснил нам, что некоторые могут и уцелеть. Сила старых богов мала, за годы забвения они ослабели. И мы должны помочь им в их деле.

- Добить, то есть, тех, кто уцелеет? - поморщившись, спросил Цент.

- Да.

- Понятно. Ну, с богами мы потом разберемся, а вот с этим лохом Будимиром мне страсть как хочется скорее повидаться.

- Нам говорили, что человечество обречено, - разговорился пленник. - Будимир учил нас, что люди, отринув истинных богов, попали под власть богов тьмы - злобных и кошмарных существ из измерения хаоса и ужаса. Люди стали их марионетками, их слугами, их войском. Человечество превратилось в темную рать, ведущую этот мир к гибели. Нужно было срочно предпринять меры. У Будимира просто не было выбора.

- Все с тобой ясно, - кивнул головой Цент. - Ты плохой человек, я тебя раскусил. Владик, солнышко, сокруши ему мужское начало булыжником.

А в следующую секунду над зарослями разнесся жуткий крик, полный боли и тоски по навсегда утраченному сокровищу. Цент стремительно обернулся, и увидел пленника, что катался по земле, обхватив руками хозяйство, камень, валяющийся рядом с ним, и Владика с шальными глазами, у которого мощно тряслись руки.

- Ты что наделал? - ужаснулся Цент.

- Но ты же сам сказал....

- Да я его просто запугивал. Думал, у тебя ума хватит это понять.

Пленник дико визжал, извиваясь всем телом. Цент его, в принципе, понимал. У парня имелись на то очень веские основания.

- Прыщавый, ты просто маньяк! Что нам теперь делать? Он был нам нужен, чтобы пробраться на объект и всех убить.

- Захватим другую машину, - сгоряча предложил программист, ощущая запоздалое чувство вины. Теперь удивлялся, и как только рука поднялась? Ведь цивилизованный, гуманный, добрый и безобидный. Вот что делает с человеком постоянный контакт с извергом из девяностых. Даже самые кроткие звереют, превращаясь в кровожадных монстров. Это все окружающая бывшего рэкетира темная аура лихих девяностых, это она пробуждает в людях все самое низменное и порочное.

В общем, сам перед собой Владик вполне успешно оправдался, переложив всю вину в имевшем место быть акте насилия над разумной тварью на злобного спутника.

- Тупой ты как полено! - раскритиковал программиста Цент. - Когда эти не вернутся на базу, их, думаешь, искать не начнут? Да они тут всю округу перероют, в каждую норку сунутся, под каждый листик заглянут.

- Больно! - визжал пленник, продолжая интенсивно агонизировать.

Цент не мог спокойно наблюдать за страданиями, причиненными не им. Нужно было избавить бедолагу от мучений. Поигрывая лопатой, он приблизился к рыдающему пленнику и приготовился свершить акт милосердия.

- Что ты собираешься делать? - встревожился Владик.

- Добить его хочу. Тебя бы, членовредителя, самого заставить, но я сегодня добрый.

Когда пленник услышал, что его собираются прибить, он вскинул над собой руки и закричал сквозь слезы и боль:

- Не надо! Стойте! Все хорошо!

- Да где же хорошо-то? - усомнился Цент. - Жизнь, считай, поломана. Зачем она тебе такая? Только мука одна.

- Да я помучаюсь! Все со мной будет в порядке. Не надо меня убивать.

- Как-то ты меня не убедил. Разве что....

- Что? - с готовностью выпалил стерилизованный субъект.

- Разве что ты нам кое в чем поможешь.

- Я согласен! - клятвенно заверил пленник, даже не вникая в детали.

- Нам бы попасть внутрь вашей крепости. Незаметно. Вот если бы ты нам в этом деле подсобил, то я бы поверил, что ты человек небезнадежный.

- Я постараюсь, - пообещал бедняга. - Я что-нибудь придумаю.