Читаем Тихое местечко полностью

Около шести Джеймс, набросив поверх свитера куртку, выбрался на совершенно безлюдный пляж и уселся на скамейку под тентом. Все вокруг было темным и хмурым. Джеймс застегнул куртку, поднял воротник и закрыл глаза. Рокот волн навевал легкую дремоту, не сон, а то особое состояние, когда мысли еще подчиняются бодрствующему сознанию, но текут все медленнее и, постепенно лишаясь отчетливости, из образов переходят в ощущения. В толстом свитере и непродуваемой куртке было тепло, это ощущение внутреннего тепла сыграло странную шутку: Джеймсу пригрезилась маленькая бухта за крошечной деревушкой на самой границе Франции с Испанией, где он и Анна провели две недели после свадьбы. Каждое утро они шли к морю и лазили по камням вдоль берега или просто лежали на солнце, было тихо и тепло, и только рокот волн примешивался к их голосам. Тихо и тепло… Забывшись, Джеймс протянул руку, чтобы ощутить гладкое плечо Анны, но ладонь наткнулась на что-то мохнатое; вздрогнув, он очнулся и открыл глаза: рядом сидел ньюфаундленд.

—  А, это ты, — пробормотал Джеймс и, окинув взглядом темный горизонт, добавил: — Надеюсь, ты явился не затем, чтобы выть у меня под ухом?

Вдали показалась изящная фигурка Сильвии, направляющейся к коттеджу своих ближайших соседей. Через минуту она скрылась за кустами, но вскоре появилась снова и пошла к следующему домику, где повторилось то же самое. Таким образом она добралась до коттеджа Берни, пропустив только домик Фрэнка, затем направилась к Джеймсу, выглядела она расстроенной и подавленной.

— Невесело здесь сегодня, верно? — спросил Джеймс, поднимаясь.

— Да, невесело. — Сильвия окинула рассеянным взглядом горы, затем пристально и как-то тревожно посмотрела на море. — Как вы думаете, к ночи ветер стихнет?

— Вряд ли, скорее усилится. Видите, на западе все небо затянуто тучами, ночью, наверно, будет шторм.

Сильвия нервно сглотнула, хорошенькое личико исказилось гримасой страха.

«Что с ней творится?» — удивленно подумал Джеймс. — «Почему ее так волнует погода?»

— Тельма простудилась, — сказала она, зябко ежась. — Нет ли у вас какого-нибудь средства от насморка?

— К сожалению, ничем не могу вам помочь. Спросите у Гросси, какие-нибудь таблетки от простуды наверняка найдутся.

— Да, он предлагал, но это все не то. Тельме нужна мазь от насморка, — угрюмо пояснила Сильвия, — Чтобы это прекратилось хотя бы ненадолго.

В ее голосе Джеймсу почудилась нотка отчаяния.

— А, я, наверно, знаю, что вы имеете в виду, я сам однажды воспользовался этим средством. Эффект сильный, но кратковременный, а потом еще хуже, так что лучше им не пользоваться. Мне тогда надо было, — Джеймс запнулся, чуть было не произнеся «сниматься», но моментально перестроился, — делать доклад в присутствии управляющего банком. Сами понимаете, неловко говорить, держась за носовой платок, вот и пришлось прибегнуть к крайнему средству, зато потом стало намного хуже. Знаете, как говорят: если насморк лечить, он проходит за семь дней, а если нет, то за неделю

Джеймс рассмеялся, однако Сильвия даже не улыбнулась.

— Как холодно! — с тоской сказала она, не отрывая глаз, словно завороженная, от темного вздувшегося моря и вздрагивая, хотя была одета достаточно тепло, в брюки и плащ, в вырезе которого виднелся ворот толстой шерстяной кофты; когда она медленно побрела обратно, одинокая фигурка выглядела воплощением уныния.

Около девяти Сильвия появилась снова. Джеймс рассеянно покачивался в кресле-качалке, слушая музыку, а Этвуд читал газету.

— Мы с Тельмой приглашаем вас выпить по чашечке кофе, — сказала Сильвия с вымученной улыбкой. — Еще ведь не поздно, правда? Мы будем очень рады.

Заинтересованный неожиданным приглашенном, Джеймс вопросительно посмотрел на Этвуда.

— Благодарю, но у меня болит голова, — сказал тот, обращаясь к девушке. — К сожалению, я вынужден остаться дома.

Сильвия стала настаивать с непонятной горячностью, обещая дать чудодейственные таблетки, от которых головная боль проходит как по мановению волшебной палочки, однако Этвуд вежливо, но твердо отклонил все попытки зазвать его в гости. Наконец, отчаявшись, Сильвия, сжимая руки, произнесла прерывающимся от напряжении голосом:

— Я вас очень, очень прошу прийти! Нам нужно с вами поговорить, обязательно. Пожалуйста, приходите!

Отказываться дальше было невозможно, к тому же последними словами девушка дала понять, что их приглашают не для того, чтобы скрасить скучный вечер, и Этвуд сдался.

— Так мы вас ждем, — уходя, настойчиво сказала Сильвия.

Едва за ней закрылась дверь, как Джеймс возбужденно произнес:

— Все ясно! Она и Тельма из полиции, Хилсон сообщил им, что тебе можно доверять, и они хотят посоветоваться. Сильвия подслушала разговор Фрэнка, что-то произошло, а Тельма заболела, и они попали в затруднительное положение.

Этвуд скептически хмыкнул, но возражать не стал, полагая, что через четверть часа все выяснится.