Читаем Тихий русский полностью

Было время вечернего, разжигающего аппетит перед ужином,купания. Киевский, вовсе не дикий, брег был густо усеян братскимукраинским народом – в основном офицерскими жёнами, их близкимиродственниками обоих полов и многочисленными чадами. Вскормленныена киевских котлетах и знаменитых киевских тортах сдобные хохлушкив распираемых мощными телесами новеньких купальниках «дывылись» на проплывающий мимо их мирной гавани с подлинно лебединой грацией диковинный «карапь» – настоящий летучий голландец с российскимгюйсом и опознавательными знаками. Кормчий нарочно сбавил ход: пусть «украинская диаспора» разнообразит свой «вечерний видпочинок» любованием на чудо-лодочку с идеальными обводамидюралюминиевой фигуры, будто наряженной в трёхцветный красно-бело-синий купальник (между прочим, цвета нынешнего российского флага); а он, рулевой, и счастливые муромцы,находящиеся на положении мещанина во дворянстве, на самом маломвперёд пускай вдоволь насладятся созерцанием выставленных на показ полуобнажённых женских прелестей.

Двигатель заглох именно в тот момент, когда катер оказался точнёхонько на «траверзе» деревянного пляжного сортира, любовно возведённого знающими толк в едекиевлянами.

Это был полный Перл Харбор.

Охвативший пляж и «жемчужную гавань» гомерическо-сардонический хохот отдыхающих поднял на воде уютного затона мелкую рябь.

Сидевшие в сразу сделавшимся похожим на старую дырявую галошукатере обескураженные муромцы не сговариваясь подумали, чтозаглохший двигатель никогда уже больше не запустится. И угадали.

Начались судорожные попытки сохранить лицо. Но дваимевшихся на борту багра оказались бесполезными. Катер лёг в унизительный дрейф – наказаннымГосподом Богом за непомерную гордыню муромцам казалось, что оникупаются голыми под насмешливыми взглядами аппетитных хохлушек. В тихой заводи течение обтекавшей остров Москвы-реки почти не ощущалось, и катерок с «подрезанными» подводными крылышками и поникшим кадиллаковым «хвостом-плавником» болтался на виду у потешающихсякиевлян и киевлянок как обыкновенное дерьмо в банальной проруби.

Бестолковое орудование баграми не помогло подвести катер дажек близкому, обустроенному украинцами плацдарму, с которого ихженушки намеревались яростно атаковать московские универмаги ипродмаги. Пришлось вступать с киевлянами в длительные унизительные переговоры. Поскольку мегафон впопыхах забыли, кормчий орал на всюивановскую, пытаясь втолковать приглашённому дамами на бережоктуповатому дежурному офицеру, чтобы тот срочно связался с муромским понтонным полком.