Читаем Тихий район полностью

– Вот прям уверена?

– Более чем! – хмыкнула Маша.

– Хорошо, а что Игнат?

– Что – Игнат?.. – с недоумением переспросила девушка.

– И ты, и я знаем, что он к тебе, так скажем, неравнодушен, правильно?

– Так скажем, я думаю, – да. Но от этого мне ни горячо ни холодно.

– А вот я не думаю. Я точно знаю. Причем интересуешь его по большей части не ты, а твое тело. Я это знаю наверняка: не раз ловил его взгляд, устремленный на твою задницу, которой ты мило крутишь, обнося поднос с очередной стряпней, которую он у себя на кухне накрутил.

– Я так погляжу, на нее посматривал не только он, – игриво улыбнулась Маша.

– Это сейчас неважно…

– А по-моему, более чем важно! – Девушка снова мило улыбнулась и, опершись локтями о столешницу, слегка наклонилась к Максиму.

– Нет, я о другом, – не оценив кокетливый порыв, продолжил парень. – Человеческое сознание и мысли – это, воистину, что-то удивительное. Однажды, даже не побывав, а просто увидев фотографию, например, Колизея, мы можем просто закрыть глаза и побывать там, нафантазировав все, что угодно: как мы гуляем около него по переполненной площади, как пьем кипенный кофе и наслаждаемся видом. Мало кто об этом задумывается…

– Это ты к чему сейчас? – перебила его Маша.

– Ты когда-нибудь слышала про теории о мультивселенных?

– Что-то слышала. Мол, параллельно сосуществует такой же мир, как наш, такие же мы, но события там могут развиваться иначе. Но я в это не верю.

– Примерно так. И не важно веришь ты в это или нет, просто задумайся: это может сделать каждый. Абсолютно каждый человек, не прикладывая больших усилий, может представить все, что угодно. При этом каждый раз все будет иначе: представленный мной Колизей, может отличаться от того, который представляешь ты. Но это все равно будет Колизей, даже если в твоих фантазиях он будет выглядеть, как черный треугольник, во вселенной, которую ты создашь в своей голове, – все будут воспринимать его, как Колизей. В том числе и ты.

– Ну… В ком-то смысле ты, наверное, прав.

– Вот, чисто теоретически, ведь и мы с тобой можем быть лишь плодом фантазии какого-то бездарного писателя, который считает, что создает интересную историю.

– Нет, ну, это ты уже совсем загнул! –снова ухмыльнулась девушка.

– А ты знаешь, что если опираться на теорию вероятности, то даже в доменной печи на долю секунды может образоваться кубик льда.

– Где? – переспросила девушка.

– В доменной печи. В ней плавят чугун, и температура там запредельная.

– И как там может образоваться ледышка?

– Например, случайным образом разные элементы будут взаимодействовать между собой, и в результате этого появится лед. Вероятность этого может быть один к ста пятидесяти секстиллионам. Но ведь может случится!

– И?

– А это значит, что в теории и мы можем оказаться всего лишь персонажами.

– Допустим… К чему ты ведешь? – немного нахмурившись, спросила Маша.

– А это значит, что мы – только плод фантазии. И если это прочтут хотя бы два человека, то, когда они будут это читать, каждый раз, уже в их фантазиях, мы будем выглядеть иначе. По сути, это все равно будем мы, но кто-то представит тебя блондинкой, а кто-то –брюнеткой. Мы будем существовать в одном и том же месте, но в разных вселенных. Правильно?

– Ну, если уходить в бред с головой, как это делаешь ты, то – да. Но я все еще не понимаю, к чему ты это говоришь?

– Если каждый из нас обладает фантазией, то кто-то более скудной, а кто-то более яркой. Но каждый умеет что-то представлять, правильно?

– Получается, да.

– Это значит, что и Игнат, может представить себе Коллизей, так ведь?

– Судя по его способности складывать слова в предложения, он вряд ли знает, что это такое.

– Это неважно. Возможно, для него Коллизий – это бабушкин домик в деревне. Это не главное. Мы ведь помним, что ты пробуждаешь в нем, так скажем, животные инстинкты. И около этого Колизея, который выглядит, как деревенская изба, можешь оказаться ты – в самом неприглядном виде. А далее – на что его фантазия горазда. Тебе это понравится?

– Мне об этом даже думать противно, но это буду не я. Это будет всего лишь его извращенная фантазия.

– Нееет… – протянул Максим. – Это будешь именно ты. Только вводные будут куда более скромные, как и вся «вселенная». У тебя, возможно, даже не будет лица, ведь Игната куда больше интересует твоя задница. Но это будешь ты, которая будет жить по правилам мира, нарисованным Игнатом. И ты, другая ты, даже не будет догадываться, что может быть иначе. Другая ты будет в сексуальном рабстве у нашего неумелого повара. Ты будешь вечность, в представлении тебя из веселенной Игната, в сексуальном рабстве. Ведь для нее вечность – это тоже будет совершенно другое понятие.

– Фу… Звучит максимально мерзко! – покривилась Маша.

– Так же мерзко себя чувствуют посетители кафешки из твоей фантазии, которых ты накормила отходами, – ответил Максим. – Получается, что мысли – это не просто мысли. За каждой своей, особенно плохой, мыслью нужно следить.

– Я вот не понимаю, как это у тебя получается?

– Что?

–Полчаса нести бред, опираясь на одну мою фразу?