Читаем Тихий остров полностью

— Да, пожалуй, тут вы тоже правы, — склонил голову Селедцов. — Ладно, займемся сами. Значит, продолжаю насчет Мажарова… Первым делом мы отработали личности подрядчиков. И тут всплыл один интереснейший факт. Один из них, а точнее — Рожков Анатолий Валентинович, бесследно исчез. Причем вместе с ним с его счета исчезли и несколько миллионов, перечисленных на строительство гостиничного комплекса.

— Вот как? — вскинул брови Лев. — Факт действительно любопытнейший. И что же дала проверка?

— Проверка показала, что на счетах Рожкова средств практически нет. Но это нормально, поскольку переводимые раньше деньги снимались и использовались на закупку стройматериалов и оплату сотрудников. Это все отражено в бухгалтерских документах, с этим порядок. Но вот последний перевод… Понимаете, Рожков получил деньги на счет и собирался на следующий день их обналичить. Так он и объявил своим сотрудникам и соучредителям. Собрал их подписи и исчез.

— А что говорят в банке? — нахмурив брови, забарабанил пальцами по столу Гуров. — Рожков действительно снимал деньги?

— В том-то и дело, что нет. Скорее всего, он продумал эту схему заранее. Просто перевел деньги с одного счета на другой, после чего уже спокойно обналичил их совсем в другом месте, возможно, что под другим именем. И в свете этого совершенно непонятно, где его искать.

— А что же остальные сотрудники?

— А что им оставалось делать? Фирма разорена, генеральный директор сбежал… Ну и они разбрелись кто куда.

— Они все из Приморского?

— Да, все живут здесь, — подтвердил Селедцов. — После того как их кинул Рожков, они пока толком не определились с дальнейшими планами. В это предприятие были вложены и их личные средства, так что теперь все оказались на мели.

— Так, с Рожковым более-менее ясно, а остальные подрядчики?

— Остальных двое — Владимир Григорьевич Фоменко и Павел Петрович Гришечкин. У обоих солидные фирмы, у Фоменко покруче. Оба в один голос кричат, что чисты как слеза младенца, о майоре Мажарове никогда слыхом не слыхивали, а в фирмах у них идеальный порядок. По документам, кстати, так и выходит.

— А на деле? — быстро спросил Гуров.

— Я ведь работаю в убойном отделе, — вздохнув, пояснил Селедцов. — Экономические преступления — не моя специфика. Здесь гораздо лучше разобрался бы ОБЭП, но это такая мутная контора, что… — Он вдруг спохватился и прикусил язык. Затем взъерошил было руками свои волосы, но они были столь коротко и аккуратно подстрижены, что и ерошить оказалось нечего, и медленно произнес: — Словом, я их в определенном смысле понимаю. Мажаров работал в их ведомстве… И до поры до времени они не хотят слухов и кривотолков, бросающих тень на их отдел. Вот будут факты — другой разговор. И если они есть, мы их обязательно найдем, — и тут же перешел к следующему вопросу: — Значит, по подрядчикам я вам предварительно изложил, все подробности зафиксированы в документах. Но я не стал зацикливаться на одной версии убийства Мажарова, то есть на подрядчиках, и поинтересовался личностью Мажарова в более широком аспекте. Ничего заслуживающего внимания мне не попалось. Мажаров жил один, с женой развелся около трех лет назад, и она с дочерью уехала из Приморского. По выясненным данным, они не общались. О каких-то личных врагах ничего не известно.

— А он уроженец Приморского?

— Нет, он приехал из Пятигорска. Его восемь лет назад перевели из тамошнего ОБЭПа.

— Старые счеты? — прищурился Гуров, глядя на Селедцова.

— Я посылал запрос в Пятигорск, — покачал тот головой. — По их сведениям, в прошлом Мажарова ничего такого не было, из-за чего с ним сейчас стали бы сводить счеты. И сам он в Пятигорске не был давным-давно. Если вам интересно мое мнение, то ноги у этой истории растут здесь, в Приморском.

— Хорошо, — кивнул Лев, складывая документы, приготовленные Селедцовым. — Будем копать глубже — тогда и узнаем, откуда они растут на самом деле. У меня к вам пока еще только один вопрос, Денис Аркадьевич. Вам белая «Ауди», номерной знак «АА5878», не знакома?

— Никогда не попадалась. Ни по документам, ни в поле зрения.

— Судя по всему, она в вашем городе недавно, — задумчиво сказал Гуров.

— Выяснить местонахождение? Проследить? — деловито спросил Селедцов.

— Не стоит, это мои проблемы, — отмахнулся Лев и поднялся.

Они с Селедцовым обменялись номерами телефонов, и он покинул здание, в котором располагался убойный отдел.

Миша Рыбин дожидался Гурова на улице. Он сидел на своем месте в той же позе, подставив весеннему солнцу веснушчатое лицо, и, кажется, дремал. Однако едва Гуров появился на улице, Миша сразу же открыл глаза и заулыбался:

— Куда едем?

— Гостиница «Берег», — бросил Гуров, усаживаясь рядом. — Слыхал?

— А то! — усмехнулся Рыбин, поворачивая ключ зажигания. — Рад, что вам чувство юмора не изменяет. «Берег» у нас все знают, это же единственная гостиница в городе! Остальное частники сдают. Что угодно — от элитных коттеджей до курятников!