Читаем Тихий остров полностью

— Японская агитационная книжка. В общем, они тут вот чего настряпали. Это комиксы, повествующие о некоем отважном русском парне, справедливом по своей натуре. Он убежден в том, что Курилы должны быть возвращены Японии. Герой начинает активные действия террористического характера, нацеленные на то, чтобы усилить здесь влияние Токио. Ему удается поднять восстание местного населения против тоталитарного режима и объявить суверенитет Японии над островами. За это он удостаивается приема у самого императора, получает титул самурая, а также должность губернатора новых японских территорий. Вот такая народная сказочка для убогих умом, обделенных совестью и честью.

— Ты знаешь японский? — уважительно спросил Стас.

— Не идеально, но достаточно хорошо. К тому же тут такие иллюстрации, что можно все понять, даже не читая. Вот, пожалуйста, суперзамануха! На этой картинке самые шикарные гейши пришли ублажать героя.

Тут Андронкин встал напротив хозяйки квартиры и строго потребовал:

— Гражданка Калямцева, сообщите нам, где находятся ваш сын и девушка, похищенная им? Не забывайте, что чистосердечное признание учитывается судом при вынесении приговора!

Та язвительно, с нотками издевки, расхохоталась ему в лицо и желчно выпалила:

— Да вот хрен тебе, легавый, а не чистуха! Ну да, я — Калямцева. Да, проживаю по подложным документам. Ну и что? Свой срок я отмотала от звонка до звонка. Чего ты мне пришьешь? Плевать я на вас всех хотела! Зря пыжитесь. Вы и Борьке ничего не пришьете! Нашли комиксы, и что? Это запрещено? Так что выметайтесь-ка отсюда, бакланы дешевые!

— Понятно, — деловито проговорил Анатолий. — Сотрудничать вы не намерены. Тогда вопрос по Софье Клинчук. Расскажите, как и за что вы ее отравили.

— Я никого не травила! Понятно? — багровея, заорала Цымасова-Калямцева, на шее которой вздулись вены.

В этот момент в прихожей раздались чьи-то шаги и послышался женский голос:

— Так это ты, тварь подколодная, Соню на тот свет отправила?

Все разом обернулись. Марианна стояла в дверном проеме и с безмерным укором смотрела то ли на Аллу, то ли на Тамару. Она была в шлепанцах и куталась в теплый халат. Судя по всему, эта особа уже спала. Ее разбудили вопли соседки снизу.

— Тебе чего тут надо? Ты зачем сюда приперлась, шлюха дешевая? — срываясь на визг и брызжа слюной, заголосила Калямцева.

— На себя глянь, извращенка! — с достоинством во взгляде и голосе парировала Марианна. — Испохабить собственного ребенка — что может быть грязнее?! Значит, у Борюськи совсем крыша съехала. А украл-то он кого?

— Девушку, студентку, — ответил Константин.

Видимо, он почуял в этой молодой женщине человека, способного помочь в поисках Таи, торопливо подошел к ней и попросил:

— Ради бога! Если знаете, где она, то скажите!

— Ой, надо подумать. — Марианна прижала ладонь ко лбу.

— Да было бы чем тебе думать, курица безголовая! — окончательно сатанея, прошипела Калямцева. — Зря я тебя не траванула вместе с этой сучкой Сонькой! Чтобы ты всякую брехню про меня не разносила.

— Прошу всех принять к сведению! — тут же нашелся участковый. — Гражданка Калямцева сама признала факт убийства Софьи Клинчук, совершенного ею!

Хватаясь за голову и царапая себе лицо, Алла-Тамара взвыла:

— Да плевать я на вас хотела, уроды! Пошли все вон, твари паскудные! В гробу я всех вас видела, волчары позорные!

На лестничной площадке захлопали двери, послышались голоса людей. Видимо, вопли, разносящиеся из шестой квартиры, подняли на ноги всех соседей.

— Слушай, хватит тявкать как шавка подзаборная! — сердито проговорила Марианна. — Где же он может быть? Здесь под полом есть подвальное помещение, а в нем лаз, который ведет в какие-то подземелья. Но Борька вряд ли притащил бы сюда девчонку. Тут его запросто могли бы заметить. Нет, он сюда не приходил.

Тут Калямцева вновь сорвалась на визг:

— Сука, с потрохами моего сына сдаешь! Сама же ему навязывалась, ползала перед ним на коленях, а теперь его закладываешь?!

— Погоди-ка! Это он тебе рассказывал, будто я перед ним на коленях ползала? — Судя по всему, Марианна была неприятно удивлена услышанным. — Ни хрена себе, вот так шуточки! Ну и трепло же дешевое он у тебя! Сам передо мною на колени падал, целовал мне ноги, чтобы я его не выгоняла, а тебе вон чего плел!

— Он целовал тебе ноги? — прошептала Калямцева и ошалело захлопала глазами.

Судя по всему, это обстоятельство поразило дамочку даже сильнее, чем разоблачение некоторых ее противоестественных интимных увлечений.

— И не только ноги! Да! Представь себе! — с вызывающей, язвительной мстительностью проговорила Марианна. — Про твои шалости рассказал мне он сам, а не Соня. Зря ты ее убила!

Окончательно смятая и уничтоженная, Алла-Тамара словно подкошенная рухнула на пол и забилась в надрывном, истерическом плаче.

— Предатель! — колотя об пол кулаками и головой, с обидой и ненавистью прокричала она. — Как он мог? Как посмел?! Я для него делала все, что он захочет. Даже к этой сучке отпускала! А он меня предал! Застрелите меня! Нет, я сама!..