Читаем Тихий остров полностью

Лев Иванович ничего не сказал в ответ, лишь со смехом отмахнулся.

— Нет, вы гляньте на этого притворщика, который вечно корчит из себя бесчувственную мумию! — Стас с утрированным возмущением потряс головой. — Лева, видел бы ты свою физиономию вчера, когда эта девочка припечатала тебя к стенке! Это был взгляд чревоугодника, которому под нос сунули отменную отбивную, одновременно заклеив рот скотчем.

— Ну и какова мораль сей басни? Юмор-то в чем? К чему ты вообще клонишь? — Гуров измерил приятеля вопросительным взглядом.

— А юмор в том, что сухарь ты, Лева! Сухарь! — Крячко с особым удовольствием повторил это слово. — Ты ж, блин, как железобетонная тумба. Об тебя хрупкие женские сердца бьются вдребезги. Вот о чем речь, товарищ аскет! Я прав? Конечно! Один — ноль в мою пользу.

Гуров в ответ лишь усмехнулся и махнул рукой, как бы желая сказать: «Пиши себе хоть десять — ноль, а я остаюсь при своем мнении».

Невдалеке от них пробежала стайка местных мальчишек, галдящих на всю улицу. Горластые островитяне громко спорили, куда лучше отправиться на рыбалку.

— Пацаны, вы тупые, что ли? — размахивая руками, яро завопил лопоухий сорванец с разлохмаченной шевелюрой. — Да у Куклашки полный голяк! Туда только лошары отстойные ходят. Витька Струмкин вчера у Зеленого промышлял. Рыба перла как шальная!

— Ой! Нашел кого слушать! — Белобрысый крепыш в спортивной майке с надписью японскими иероглифами язвительно расхохотался. — Витька тебе завтра сочинит, что он на медведя с мухобойкой ходил. Ты и этому поверишь?

Глядя вслед шумливой компании, скрывшейся за углом, Гуров невольно улыбнулся.

— Вот настоящие хозяева Курил, — задумчиво отметил он. — Это для нас Кунашир край света. Для них он центр мира, а край света — Москва.

— Жаль только, что в столице думают иначе, — саркастично добавил Станислав. — Когда поселимся, чем думаешь заняться? У нас же до вечера времени выше крыши сколько. Может, посмотрим окрестности?

— Походим, посмотрим. — Лев Иванович согласно кивнул. — Приехать в такие интересные места и сидеть в четырех стенах — что может быть глупее? — Гуров оглянулся и увидел в некотором отдалении позади себя еще несколько человек с дорожными сумками, которые тоже шли в сторону «Айсберга».

Он кивком головы указал в их сторону и заявил:

— Вот и конкуренты на койко-места в этом отеле! Надеюсь, тут аншлагов не бывает.

В гостинице и впрямь нашлись свободные места. Правда, эконом-класс оказался весь занят, поэтому операм пришлось взять двухместный номер бизнес-класса, для провинции весьма недешевый.

Приятели перекусили в соседней столовой, где в меню преобладали блюда японской и корейской кухни из морепродуктов. Приготовлены они были весьма недурно. Их единственным минусом оказалась несколько кусачая цена.

Потом сыщики вернулись в гостиницу и попросили администратора рассказать о местных достопримечательностях.

Судя по всему, их разговор был услышан.

К ним подошел моложавый мужчина среднего роста и без особых церемоний предложил:

— Вам остров показать? Ради бога! Я здесь уже пятый раз, исходил весь Кунашир вдоль и поперек.

Как оказалось, это был сотрудник дальневосточного НИИ, занимавшегося изучением биоресурсов Курильской гряды, в том числе и сухопутных. Алексей Зырянский на острове изучал колонии птиц, вел подсчет крупных животных, например медведей, да и морских млекопитающих.

Опера охотно согласились с его предложением, вышли из гостиницы и направились в сторону сопок, откуда был наилучший обзор. Алексей на ходу рассказывал про остров, главный горный хребет которого носил имя Докучаева, про вулканы, в том числе и Менделеева, ближний к Южно-Курильску, у подножия которого располагался аэропорт. Он упомянул про заповедник «Курильский», про настоящее чудо природы — мыс Столбчатый, а также про геотермальную станцию, обогревающую жилые дома поселка.

Приятели с большим интересом осмотрели и старый маяк, и фумаролы — свищи в теле острова, из которых били раскаленные струи пара, и знаменитый Горячий пляж, и многое-многое другое. Как рассказал Зырянский, в последние годы у берегов Кунашира все чаще стали появляться косатки. Эти хищные киты мигрировали в Охотское море из южных океанских широт, скорее всего в связи с общим потеплением.

Лев Иванович выбрал подходящий момент и как бы невзначай спросил Алексея, бывал ли тот на Шумбумаи. Тот охотно подтвердил, что работал в Тихом с полгода назад.

Зырянский проявил незаурядную сообразительность и тут же спросил:

— Я так понимаю, вас интересуют необъяснимые несчастные случаи, которых там уже десятка полтора? Надо думать, из-за этого вас туда и направили?

— Из-за этого. — Стас сокрушенно вздохнул.