Читаем Тихие омуты полностью

Уже восемь месяцев я жила в частном доме бабушки и деда недалеко от Ладожского озера. Одну из самых сильных школ Москвы я поменяла на обычную школу в поселке Ленинградской области. Здесь я была круглой отличницей. Помимо учебы остальная школьная жизнь меня не занимала.

Пойти в поход меня уговорил дед. Он считал, что мне пойдет на пользу немного развеяться и пообщаться с одноклассниками. Дед всегда вспоминал с теплотой и гордостью свое пионерское детство с линейками, походами, кострами, песнями о светлом будущем.

Так я и отправилась в лесной поход со своим классом. Уже на первом километре пути я поняла, что сделала это зря. Толпа одноклассников шла шумно и вразнобой. Мальчишки наскакивали друг на друга, падали, сбивали с ног девчонок. Те орали, гнались за обидчиками, чтобы отомстить. Потом снова сбивались в кучки, смеялись.

Я же чувствовала себя абсолютно чужой. Постепенно я отдалилась от общей массы и стала идти рядом с учительницей истории, которая и задумала это мероприятие.

Когда мы достигли места, определенного на карте в качестве площадки для лагеря, все занялись установкой палаток. На удивление, это умели делать и мальчишки, и девочки. Я снова ощущала себя бесполезной и ненужной: у меня, домашнего ребенка, подобных навыков не было.

Спать я пошла самой первой. Само собою получилось, что палатку я делила с учительницей истории Анной Кирилловной и одноклассницей Полиной Петровой, которая во сне громко храпела и традиционно отселялась от себя одноклассниками во всех походах.

Думаю, дед бы очень удивился, если бы узнал, насколько он был далек от обещанного мне счастья. Особенно если бы ему стало известно, как я провожу последние минут сорок.

Тут мне пришло в голову вполне возможное объяснение происходящего. А может, это шутка? Одна из тех, которые так любят отпускать мои одноклассники?

Когда я перевелась в эту школу, у меня не было никакого желания знакомиться и общаться с другими учениками. Я отвечала односложно на их вопросы о том, как меня зовут, откуда приехала, где живу. Я переехала потому, что мне сказали, что так нужно. Приходила в школу потому, что нужно было получать образование.

Постепенно расспросы одноклассников стали сходить на «нет». А потом надо мной вдруг стали подшучивать. Иногда как будто случайно моя сумка во время перемены оказывалась в другом конце класса, и мне приходилось отыскивать ее после звонка на урок. Время от времени прежде, чем сесть на свое место, я обнаруживала на стуле разлитый клей.

Я стала носить с собой в сумке упаковку влажных салфеток, ножницы, нитку с иголкой, булавки. Вооружившись против всевозможных вариантов попадания в нелепые ситуации, я снова шла в школу. Я ни разу не пожаловалась на проделки своих одноклассников учителям. Возможно, поэтому потихоньку подобные выходки одноклассников прекратились. Меня просто не трогали, не разговаривали со мной, не замечали. Меня это устраивало.

И вот сейчас я вдруг оказалась в совершенно непредсказуемой ситуации, вырвавшей меня из сплетенного мною и ставшего привычным кокона.

Между тем лодка причалила к берегу, мотор стих. Лерка, моя спасительница (или нет?) легко спрыгнула на берег и крикнула мне:

– Вылезти сможешь сама?

Я, шатаясь, встала, отряхнулась, взяла в охапку спальный мешок и тоже выбралась на берег.

Осмотревшись, я поняла, что это совсем не тот берег, откуда меня похитили.

«Шоу продолжается? – подумала я. Мне вдруг стало нестерпимо жаль себя. – Сколько можно издеваться надо мною? Я же им ничего не сделала…»

– Колесникова, ты все же скажи, что это за триллер? – послышался голос Лерки, – может, так все и было задумано, и я зря прыгнула в воду тебя спасать? Вдруг это у тебя игры такие?

На моих глазах выступили слезы.

– Вот уж не знаю, чьи это игры, и что в этом смешного, – еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться, ответила я.

– Да уж, в чистом омуте, как говорила моя бабушка, черти водятся… ладно, пошли, – одноклассница стала пробираться через кусты вглубь леса.

Я оставалась стоять на берегу, обхватив руками свои вещи и озираясь по сторонам.

– Ну, ты где? – Лерка выглянула из кустов, – чего стоишь-то? Пойдем.

– Зачем? – тихо спросила я. Мне кажется, получилось это у меня жалобно, – куда теперь я должна идти? Вы что-то еще придумали?

Лерка на несколько секунд замолчала, потом промычала что-то неопределенное.

– Мы? Кто «мы»? – тут она как будто догадалась. – Ты что, решила, что это твои одноклассники решили тебе такой ночной квест придумать?

Лерка усмехнулась.

– Ты, Колесникова, конечно, важная персона в школе, и все такое, но до такого даже мы бы не додумались, – вздохнув, одноклассница подошла, взяла меня за руку и повела за собой.

Я выдернула руку, но все же пошла за ней следом, чувствуя, что по щекам текут слезы.

– Ты испугалась, что мы не туда вернулись? – спросила Лерка.

Я кивнула, но в темноте, конечно, одноклассница этого не увидела. Мое молчание она приняла за согласие.