Читаем Тяжесть слова полностью

Звереныш вышел в коридор и боком обтерся об хвост нага, своим звериным чутьем понимая, что этот здоровый дядя почему-то сердится на него. Затем повернулся и обтерся другим боком. От подлизывания его отвлек раздраженно похлопывающий по полу хвост. Детеныш тут же подобрался, а через мгновение атаковал его, вцепившись в него лапами и зубами. Хвост нага поднялся вверх, и наагасах за шкирку отодрал от него звереныша. Тот засучил лапами и жалобно замяукал. Со вздохом наагасах взял вздорное животное на руки и пополз в комнату.　

— Получше присматривайте за своими питомцами, наагасах, — уже на пороге настиг его насмешливый голос принцессы.　

Он обернулся и неожиданно усмехнулся.　

— Непременно, — пообещал он.　

Наагасах Аршавеше део Ширрадошарр　

Котеныш, наконец-то, утихомирился. Лампады пришлось затушить, чтобы он их не опрокинул и не устроил пожар. Охотясь за моим хвостом, он не замечал препятствий. В итоге кресло было опрокинуто, одну из стен украшали длинные рваные полосы, оставленные когтями.　

Сейчас, утомившийся звереныш лежал у меня под боком брюхом кверху, разбросав в разные стороны лапы. Не удержавшись, погладил мохнатый животик.　

Она поступила крайне необдуманно, гуляя в этом обличье, когда дом полон посторонних. Сначала я даже решил, что слух меня обманывает. Но я вырос недалеко от места обитания скальных кошек и часто слышал подобные завывания в пещерных гротах. Наличие такого обилия потайных ходов в столь небольшом замке меня слегка удивило. Наверное, один из предков этого рода был знатным параноиком.　

Поведение девчонки меня уже несколько напрягало. Это ее смирение и готовность покориться обстоятельствам раздражали. Ход игры складывался не в мою пользу. Вечером я хотел напомнить ей. за кого она выходит замуж. Но хвост ее больше не пугал. Она довольно быстро привыкла. Когда-то дед рассказывал, что бабушка проявила смирение, подчиняясь воле родителей, которые отдали ее ему, и уехала с ним на нашу территорию. Она и дальше вела себя тихо, но прикоснуться к ее человеческому телу дед не мог год. И вообще, в то время он был уверен, что она немая.　

Покорность же этой девочки была другой. Она действительно покорилась и была готова исполнять обязанности, предполагаемые новой ролью. Это и напрягало. Игра теряла смысл. Какой интерес, загонять кого-то в угол, если он сам спокойно туда встает?　

От мыслей меня отвлекла начавшаяся трансформация. Девочка даже не проснулась, а я с удовольствием окинул взглядом, открывшуюся картину. В паховых пластинах возникло болезненное напряжение, ведь "лапки" были по-прежнему раскинуты в стороны. Не удержавшись, я пощекотал пальцами ее стопу. Она поморщилась и приняла более целомудренную позу: перевернулась на бок спиной ко мне, поджала под себя ноги и сложила ладошки на груди. Я накрыл ее покрывалом и притянул к себе, набросив на ее бедра хвост.

Глава 4

Горизонт слегка окрасился розоватым светом, но ночной сумрак не спешил отступать. На востоке кромка тьмы была полупрозрачной, но на западе полотно ночи было еще непроницаемо черным, хотя звезды уже поблекли. Прохладно. Трава мокрая от росы. Звучат трели просыпающихся птиц. Я стояла на стене разрушающегося замка и полной грудью вдыхала свежий воздух. Утренняя прохлада выветрила сонную хмарь и более-менее привела мысли в порядок.　

Пробуждение оказалось кошмарным. Так ужасно я еще себя никогда не чувствовала. Вначале я даже не поняла, что меня придавило, испугалась и решила, что ночью на меня полог упал. А потом я увидела его — хвост! На своем бедре. И уже потом заметила мужскую руку на своей талии. В комнате была тишина, нарушаемая лишь сонным сопением. Это сопение шевелило волосы на моем затылке. Туманные воспоминания детеныша зашевелились в голове, а через мгновение я осознала, что под покрывалом на мне ничего нет.　

О, ужас! Я чуть не расплакалась от стыда. Руку мужчины оказалось проще всего убрать. Из-под хвоста же я выползала, медленно и осторожно. Вместе с покрывалом. Уже сидя на краю кровати я обернулась. Наагасах спал в одной рубашке. Волосы его падали на лицо и имели схожесть с вороньим гнездом. Хвост расслабленно свисал с кровати и стелился по полу. Между паховыми пластинами зияла щель… Я резко отвернулась.　

В гостиной я яро вознесла благодарность богам за то, что и в этих покоях был ход. Я им никогда не пользовалась, так как он был очень узок и неудобен. Но сейчас он был для меня благословением небес. Я просто не представляла, как в таком виде пройти перед охраной. До своей комнаты я добралась вся грязная, в паутине и ссадинами по телу. Покрывало пришлось оставить в тайном ходе. Объяснять, как оно у меня оказалось, я не хотела.　

Оказавшись в комнате, я сообразила, что еще глубокая ночь, и легла досыпать. Только сон не шел. Я ворочалась с боку на бок и пыталась прогнать смущающие мысли. В итоге бросила это дело и поняла, что сегодня я больше не усну. Мысль выйти на прогулку показалась мне дельной. Освежусь, взбодрюсь, пройдусь в одиночестве, без сопровождения. До прихода горничных вернусь. Никто и не заметит мое отсутствие.