Читаем Тяжелый урок полностью

— Просто решила поздравить тебя с днем рождения.

— Ох, — вздохнула Дарти, — это мило. Положение обязывает?

— Может быть, мне действительно не все равно? — устало ответила Кракен.

— Мм. Какой у тебя на этот раз скрытый мотив?

Кракен вздохнула. Это была скорее нервная дрожь, чем вздох, и Дарти поняла, что не ошиблась.

— Я, может, на самом деле волнуюсь.

— Конечно, — ответила она, — ты так часто глядишь со своего Олимпа на низших существ.

— Олимп на Марсе, — ответила Кракен.

Чтобы не рассмеяться, Дарти крепко стиснула правый кулак, преодолевая сопротивление адаптационного костюма так, что побелели пальцы.

Ох уж это твое обаяние! Больше оно на меня не подействует.

— Эй, — сказала Кракен, — ты должна что-то доказать там. Я так понимаю.

— Разве ты вообще способна это понять? Когда тебе в последний раз отказывали в выделении ресурсов? Самому молодому доктору наук, получившему премию Венеры за выдающиеся достижения в ксеноархеологии? Доктору, основавшему кафедру Марсианской археологии в Университете Афродиты?

— Университет Афродиты, — хмыкнула Кракен. — Пять ангаров и многоцелевой посадочный модуль.

— И все же это нам выделили.

— Я своего пика достигла в самом начале, — помолчав, продолжила Кракен, — я никогда не была твоей соперницей, Дарти. Мы были коллегами. Мы коллеги, — поправилась она, но было поздно, Дарти уже заметила ее ошибку.

— Ты часто отрываешься от работы, заметив, что меня не хватает?

Пауза.

— Это несправедливо, — наконец выговорила Кракен. — Но, если я сконцентрирована на работе…

— Одержима.

— …это недостаток, который сильно мешает мне. Возвращайся. Возвращайся ко мне. Мы об этом поговорим. Я попробую снова выбить тебе средства на исследования.

— Мне не нужна твоя помощь, Кракен!

Лес вокруг притих. Потрясенная Дарти поняла, что последнюю фразу выкрикнула вслух.

— Бегая по всей долине Иштар в одиночку, без поддержки, ты не докажешь свою теорию о заселении Венеры аборигенами. Ты просто угодишь в пасть монстру, Дар.

— Я вернусь к закату, — сказала Дарти. — А если нет, то так даже лучше.

— Знаешь, над кем еще всегда смеялась вся Академия? — Дразнящий тон Кракен бесил Дарти, она ненавидела эту язвительную интонацию. — Над Мориарти.

Я не буду тебе подыгрывать. Пошла ты.

Дарти не знала, слышала Кракен это или нет. Повисла тишина, словно Кракен сдерживалась или ждала, когда заговорит Дарти.

— Если ты погибнешь, — произнесла она наконец, — сделай запись в блокноте, что разрешаешь мне использовать твою ДНК. Так легко тебе не удастся отвертеться от потомства.

Ха-ха, подумала Дарти. Только оставаться серьезной. Она не могла придумать, что ответить, и потому молчала. Идея о маленькой Кракен заставила ее смягчиться. Но чья-то карьера прервется после рождения малыша на пятьдесят солярных дней, и Дарти была уверена, что это будет не карьера Кракен.

Она не могла придумать, что ответить, и тишина получилась неловкой, пока Кракен не произнесла:

— Черт. Я о тебе волнуюсь.

— О себе беспокойся. — Дарти не могла прекратить диалог, но она могла просто замолчать. И перестать слушать.

Она забросила остатки пирога подальше в лес, но потом пожалела об этом. Она надеялась, никто из местной фауны не попробует его; ей не хотелось вызвать у кого-нибудь расстройство желудка.

По иронии судьбы Дарти, названная родителями в порыве ностальгии по Земле, выросла в большей степени венерианкой, чем кто-либо другой. Она очень гордилась своей адаптированностью, способностью справляться со всеми трудностями. Многими местными растениями и некоторыми животными можно было питаться, и Дарти хорошо разбиралась в этом. Что еще важнее, она знала, кто может сьесть ее.

В людях она разбиралась не так хорошо. Дарти всегда была не очень сильна в политике. В отличие от Кракен. Дарти не умела заводить друзей. Кракен это давалось без труда. У Дарти не было обаяния, красоты, общительности или экстравагантности. В отличие от Кракен. Кракен, Кракен, Кракен.

Кракен была лучше как ученый, по крайней мере она вникала быстрее. Она, наверное, была хорошим человеком. Великодушнее, не такой колючей, конечно. Но было кое-что, в чем Дарти ее превосходила. В этом она была лучше Кракен. Лучше кого бы то ни было. Ей было комфортно на Венере. Она была привычнее и адаптированней, чем все, кого она встречала.

Конечно, без адаптационного костюма ей пришлось бы трудно. Гораздо проще было пробираться сквозь дебри и болота облаченной в квазибиологическую усиливающую броню, подключенную к собственной нейронной сети и коже. Внутри человек был мягким, хрупким и уязвимым, подверженным сложной совокупности чувств и социальным изменениям — Дарти это не выносила. Но тот же самый человек в костюме несся через лес, как будто родился здесь, и замечал вещи, которые никогда бы не увидел.