Читаем Тянет к тебе полностью

Я конечно всегда знала, что Лидин брат – мудак, но не догадывалась, что настолько. Пытаться тайком облапать больную любовь своего друга – это бесспорно сильный поступок!

Впрочем, мне плевать и пора домой.

– Все, ушла! Грешите дальше, – я вскидываю руки вверх, будто сдаюсь, и разворачиваюсь на пятках, захлопывая за собой дверь.

Но смыться не получается…

– Стой! – рыкает Яр мне в спину. Так грозно, что я лишь прибавляю шаг, – Кудрявая!

Грохот распахнутой двери, быстрые тяжелые шаги позади…

– Отстань! – бросаю, не оборачиваясь.

– Анжелика! – раздается злой окрик у самого моего уха. Мужские пальцы до будущих синяков впиваются в мой локоть, а затем бесцеремонно дёргают на себя, – Поговорим, – цедит Тихий, рывком заталкивая меня комнату Лиды.

От возмущения я захлебываюсь воздухом. В спальне подруги темно, но наши с Яром глаза, встретившись, бешено сверкают так, что, кажется, подсвечивают лица.

– С чего ты взял, что имеешь право меня хватать? Пусти! – шиплю я, дергая на себя локоть в попытке освободиться.

Вместо этого Яр делает шаг в мою сторону и практически впечатывается торсом в мою грудь. Кожу лица опаляет его горячим дыханием и мне приходится задрать голову вверх, чтобы не разорвать зрительный контакт. Судорожно сглатываю…

Он… Вдруг слишком близко.

И мои колени слабеют под воздействием тревожной теплой волны, прокатившейся по телу. У Тихого тяжелая, плотная энергетика, очень мужская – невозможно не реагировать. И это еще один повод держаться подальше от него, напоминаю себе.

– Пусти, – повторяю полушепотом, с трудом выдерживая его горящий, до наглости прямой взгляд.

Пальцы Яра на миг впиваются в мою кожу крепче, а затем он все-таки отпускает. Тут же делаю от него шаг назад, потирая локоть. Там словно ожог. Яр косится на мою руку, подмечая этот жест. По впалым щекам перекатываются желваки, и он снова смотрит на меня в упор исподлобья, пряча свои ладони в карманах джинсов.

– Ты ничего не видела, – с нажимом хрипло произносит.

– Боже, да мне плевать! – закатываю глаза.

Мой голос наоборот звучит неестественно высоко. Меня нервирует темнота в спальне, то, что мы тут одни, и что в легких вместо воздуха древесный запах мужского парфюма.

– И все же, – Яр снова делает шаг в мою сторону, стирая между нами расстояние, – Я хочу быть уверен, что дальше это не пойдет. Ни Лидке, никому, поняла?! – еще шаг, и Яр опять практически впечатывается в меня своим телом.

– Тихий, ты с термином "личное пространство" знаком? – бормочу ядовито, снова пятясь от него.

Яр, заметив, что отступать мне больше некуда, подается вперед и упирается рукой в стену на уровне моей головы. На губах его мелькает хищная улыбка, от которой у меня мурашки ползут по затылку. Мне не нравится эта игра…Наши перемещения напоминают ритуальный танец… Вот только спина моя впечатывается в стену и, кажется, это его финал.

– Знаком, но так и тянет… – почти шепотом говорит, наклоняясь ближе. Голос его чувственно вибрирует, окрашивая слова пошлостью. Его нос почти касается моего. Я перестаю дышать, замирая и готовясь в любой момент оттолкнуть, – Надрать тебе уши, кудряха, – вдруг насмешливо заканчивает Тихий, ломая созданную самим же атмосферу, – А ты что, уже потекла? – стебет.

– Придурок, – ворчу раздраженно, в крови бродит адреналин, – И желания у тебя придурошные.

– О, да-а-а,– тянет Яр со значением, упираясь и второй рукой в стену над моей головой, и теперь уже полностью нависая, – И лучше тебе о них не знать, Эндж. Ну так что? Язык за зубами будешь держать? Или хочешь познакомиться поближе с моими придурошными желаниями? Предупреждаю, тебе, скорее всего, не понравится…

– Это шантаж?

– Это выбор, – медленно облизывает верхнюю губу.

– Это плохой выбор, – сухо сглатываю я, потому как слишком остро ощущаю идущий жар от его тела. Стоит чуть качнуться, и мы превратимся в слепленных вместе сиамских близнецов, – Давай лучше по-другому…

Яр вопросительно выгибает широкую бровь.

– Давай, я буду молчать о том, какой ты беспринципный мудак, а ты за это выполнишь одно мое придурошное желание.

– Хм…– Тихий чуть склоняет голову набок, и его черные глаза обводят мое лицо масленым взглядом, – И чего же желает наша скромняшка- кудряшка? Признаюсь, удивляешь…

– Ничего, где бы тебе пригодился член, так что хватит на меня так смотреть, – отрезаю, заливаясь румянцем, который, слава богу, вряд ли видно в темноте, – Просто желание остается за мной. Когда понадобится, сделаешь то, что я скажу, ок? – протягиваю Яру руку, заодно чуть-чуть его от себя отодвигая.

Тихий отлипает от стены и с сомнением разглядывает мою вытянутую ему навстречу ладонь.

– Если не член, то даже не представляю, что может взбрести в твою шальную кучерявую голову, Энджи, – хмыкает.

– Трусишь? – подначиваю.

– Берешь на слабо? – отбивает, но при этом его горячая ладонь крепко сжимает мою кисть, а затем он разбивает наше рукопожатие другой рукой, – Ладно, пойдет. Желание. Одно.

– Супер. Ну, все, я пошла, счастливо дальше Малевич зажимать, – огибаю Яра по дуге и направляюсь к двери.

– Эндж, постой, – окликает.

– Что? – оборачиваюсь.