Читаем The офис полностью

– У нас нарисовались китайцы интересные. И нарисовал нам их, кто бы вы думали? Человек из Ярославля, живущий сейчас в Гонконге. Любимец всех знойных женщин – Деня Салтыков. Он четыре года рассекает по Азии – пара подрядчиков, пара заказчиков – по теме спортивной одежды. А тут – трахаться устал по восемь раз на дню, какую-то они со своим братом двоюродным из Питера тему удачную замутили, появилось немного денег, которые уже так просто не пропьешь, и стал он искать выходы на другие направления.

– Это интересно. Я про брата его слышал питерского – крэйзи мен. У этого-то с головою все нормалек?

– Этот на голову надежен. Может, только деньги любит больше чем следует.

– Ты давай к цепочке ближе, рассказывай, что затеял, скрытный ты наш, мистер молчун.

– Трубы парапропиленовые в Китае, конечно, дешевле. Мы везем из Скандинавии и Германии, но собираемся выходить в дешевый сегмент. Сейчас оформляем филиал в России от гонконгской фирмы, и очень хочется верить, что халява наступит и цепочка замкнется. Филиал оформляем на дедушку, но, конечно, все бухгалтерские примочки ему бабушка будет объяснять, а может, и делать за него, пока дед рыбу жарит, – не знаю, как они там договорятся.

– А у вас руководство не того… не заинтересуется прямыми выходами в Китай? Чего им кормить ярославскую «дочку»?

– Руководство у нас, то бишь учредители, сидит в Тюмени. И занимается нефтедобычей. У него своих головных косяков полная кепка лужковской породы. А директор, который здесь, – он в столице осваивается: клубы там, гламурные телки, да две сразу, да не попробовать ли три? Нет – три, конечно, дорого, но вот, блин, как хочется… У нас с ним отношения ничего такие, крепкие отношения.

– Он же приводил его даже сюда, не помнишь, что ли, Викторыч?

– Я в командировке был, наверное…

– А, да – не было его, факт!

– Вот в этом моя халява и есть. В Гонконге с налогами все хорошо, сто пятьдесят долларов в год – и никаких ограничений: танцуй как умеешь. Вот я и хочу, чтобы нам пропилен из Китая поставлял дедушка, я его в Москве получал… ну не я, а снабженцы наши. Я – другое. Я его продавать буду, в том числе по Центральной России через бабушку. Цепочка «поставщик – дистрибьютор» – дилер по системе все свое. И мне за это платят четыре штуки в месяц зарплаты, бонусы годовые и должность замначальника отдела. А бабушка с дедушкой внучку помимо квартиры трехкомнатной оставят еще коттеджик под Москвой.

– Слушай, ты, конечно, тихоня. Готовишь такой замут и ходишь посвистываешь! Когда в долю будешь брать, косолапый? Так и съедешь от нас на Рублевку.

Мы ведь к тебе приедем жить, со шмотками – как положено…

– Сначала халява должна заработать.

– Так иди к форточке, чего зенки к потолку закатил, мечтатель кремлевский. На каждую хитрую попу найдется своя пися с резьбой. – Палыч аккуратно переделал народную мудрость на детский сленг, чтобы не нарушать графских традиций благородной речи.

Александр высунулся в окошко. Там уже шел дождь нездорового январского происхождения. Ветер забивал струи в открытое пространство квартиры.

Ну что ж, шаманить – значит шаманить.

– Халява, приди к нам! – раздался звучный рык в московской тиши.

4

Халява пришла к Денису раньше и совсем неожиданным способом. Это был совсем не тот суперпроект, хотя определенные подвижки имелись и там, но открытие филиалов зарубежных фирм оказалось делом с документальной точки зрения не очень легким. Хорошо еще, что в Ярославле были везде выходы – город все-таки небольшой. В том числе и на полковника ФСБ. Там в итоге и решалось. Мало ли кто здесь сект наоткрывает. Все финансовые потоки должны четко контролироваться – веяние времени.

Но началось все не с него, а с того, что Денис Викторович поменял работу, став директором по продажам в затеявшей перестройку финской фирме. Несколько подразделений, имевших раньше самостоятельные бюджеты, теперь попали в его зону ответственности. Одно – совсем маленькое – сдалось почти без боя: ворчание по коридорам в потоке свалившихся на плечи Дениса дел было мелочью, на которую некогда обращать внимание.