Идея внутренней когнитивистики, по мнению Галлахера, помогает объяснить, почему человеческий род проявляет такую невероятную способность к прогрессу техники. Настроенные на окружающую среду наш мозг и тело быстро включают орудия и другие предметы в мыслительные процессы и начинают трактовать их как часть собственного тела. Если вы ходите с тросточкой, работаете молотком или фехтуете на шпагах, то ваше подсознание включит эти орудия в нейронную карту тела. Способность нервной системы соединять тело и предметы не уникальна для человека. Обезьяны пользуются палками, чтобы добывать муравьев и термитов, слоны берут зеленые ветки для того, чтобы отгонять насекомых, дельфины, когда раскапывают морское дно в поисках пищи, пользуются губками, чтобы не поцарапаться о камни. Однако высшая способность Homo sapiens к осознанным умозаключениям и планированию позволяет нам конструировать изощренные орудия и инструменты для самых разнообразных целей, расширять наши ментальные и физические возможности. В нас заложена древняя склонность к тому, что Кларк определяет термином «когнитивная гибридизация», – к смешиванию биологического и технологического, внутреннего и внешнего [58].

Легкость, с которой мы делаем технологию частью самих себя, может обернуться против нас самих. Передача власти орудиям не всегда идет человеку на пользу. Величайшая ирония нашего времени заключается в том, что, несмотря на открытия ученых о важной роли, которую играют в развитии мышления и памяти навыки физического действия и сенсорное восприятие реальности, мы проводим все меньше времени в реальном мире и все больше – в абстрактной среде компьютерного экрана. Люди сами лишают себя функций собственного тела, накладывая сенсорные ограничения на бытие. В виде компьютеров общего назначения мы ухитрились (достаточно извращенно) создать инструмент, который украл у нас телесную радость работы с инструментами.

Наше интуитивное, но ошибочное убеждение в том, что интеллект работает независимо от тела, привело к пренебрежению реальным миром.

От этого суждения недалеко до уверенности в том, что компьютер является достаточным и к тому же превосходным инструментом, выполняющим работу мозга. Специалист из Google Майкл Джонс считает за данность, что благодаря картам Google и другим онлайновым приложениям компании IQ людей повысился на 20 баллов [59]. Обманутые нашим собственным мозгом, мы полагаем, что не жертвуем ничем жизненно важным, полагаясь на различные компьютерные программы: навигационные, проектирования зданий и другие, требующие развитого мышления и изобретательности. Хуже того, мы забыли о том, что существуют альтернативы, и игнорируем саму возможность перестроить компьютерные программы так, чтобы они не ослабляли наше восприятие мира, а усиливали его. Специалисты по эргономике и другие эксперты по автоматизации нашли способы разбить «стеклянную клетку», не уничтожая преимуществ, которыми наградили нас компьютеры.

Глава седьмая

Автоматизация для людей

Кому вообще нужны люди?

Этот вопрос в той или иной риторической форме неизбежно возникает в спорах об автоматизации. Если люди по сравнению с компьютерами выглядят медлительными, неуклюжими и склонными к ошибкам, то почему бы не построить безупречную самоуправляющуюся систему, которая функционировала бы без вмешательства человека, а заодно и без его промахов? Почему бы не исключить из уравнения человеческий фактор?

«Нам нужно все перепоручить роботам», – объявил теоретик по технологии Кевин Келли в 2013 году в статье, напечатанной в журнале Wired. Ссылаясь на авиацию, он заявил: «Компьютерный мозг, называемый автопилотом, может без всякой посторонней помощи управлять Boeing-787, но мы по какой-то иррациональной причине сажаем в кабину пилотов, чтобы на всякий случай следить за автопилотом» [1]. Новость о том, что автомобиль Google попал в аварию из-за того, что в тот момент машиной управлял человек, заставила одного из блогеров в сердцах воскликнуть: «Нужно больше роботов-водителей!» [2] Комментируя трудности, с которыми столкнулись общественные школы в Чикаго, обозреватель The Wall Street Journal Энди Кесслер полушутя заметил: «Почему бы нам не забыть об учителях? Вместо них надо снабдить каждого ученика iPad или планшетом с Android?» [3] В 2012 году уважаемый в Кремниевой долине венчурный капиталист Винод Кхосла предположил, что здравоохранение можно было бы значительно улучшить, если бы медицинская компьютерная программа (доктор Алгоритм, как назвал ее Кхосла) перестала быть помощником врача, а заменила бы его полностью. «В конце концов, – писал Кхосла, – отпадет нужда в среднем враче» [4]. Лекарством от несовершенной автоматизации объявляется тотальная автоматизация.