Читаем The Alternative полностью

Искаженная статистика безработицы выполняет две полезные функции для элиты: она позволяет компаниям платить работникам меньше, одновременно утверждая, что главной причиной безработицы является индивидуальная лень. Если более точные показатели недоиспользования рабочей силы станут доминирующими, поддерживать радужную картину экономического роста будет сложнее. Более точные показатели, скорее всего, удвоят нынешние уровни безработицы: в Америке и Австрии они составят десятки процентов, а в некоторых европейских странах, таких как Греция и Испания, - более 30 процентов. Это не говоря уже о тех, кто просто ненавидит свою работу и хочет найти другой вариант. Широко распространенное признание этой иллюзорной статистики отражает циничный и разрушительный выбор: поддерживать высокий уровень безработицы, притворяясь, что он низкий.

Ограничения, накладываемые возрастом и состоянием здоровья, говорят о том, что даже если бы каждый безработный был готов согласиться на любую работу, на рынке труда в частном секторе все равно не хватило бы рабочих мест для всех желающих. Пособия по инвалидности и пенсионные пособия уже отражают тот факт, что некоторые люди в любом обществе не могут работать в частном секторе. Но многие люди, которые не могут найти или удержать работу в частном секторе, все равно хотят заниматься чем-то полезным и значимым, и их психическое и физическое здоровье может зависеть от таких возможностей.

Однажды днем в Граматнеусидле я встретился с мэром Томасом Швабом и выпил с ним кофе в штаб-квартире "Гарантии занятости". Пожилой человек, говорящий с осторожностью и профессорским тоном, Шваб написал магистерскую диссертацию по оригинальному исследованию Мариенталя, и он рассматривает нынешний проект на этом историческом фоне. "Возможно, вы знаете об Адаме Смите и тех парнях, которые говорят, что рынок всегда прав. Если вы не найдете работу, будете работать за меньшие деньги, то экономика сама вас возьмет. Но это совершенно неверно", - сказал он. "Если в моей компании нет работы, на улице может стоять тысяча человек, и они могут сказать, как в 1930-е годы, что я буду работать только за , чтобы поесть. Нашли ли они работу? Они не нашли работу, потому что никто не мог ее предложить". Директор государственной службы занятости Нижней Австрии Свен Хергович также считает, что растущие требования к производительности и эффективности означают, что не все смогут найти работу без поддержки: "Не существует достаточного количества рабочих мест для всех длительно безработных. Фактически у нас есть только два варианта: либо мы финансируем долгосрочную безработицу, либо создаем гарантию занятости", - сказал он мне.

Вюрстельштанде - колбасные киоски, которые до сих пор работают на многих углах улиц Вены, - были созданы во времена Австро-Венгерской империи для предоставления защищенных рабочих мест ветеранам-инвалидам. Хергович считает эти рабочие места для продавцов сосисок свидетельством того, что стремление создать рабочие места для людей не ограничивается одной политической философией. "Вы слышите аргумент, что это социалистическая идея. Но если следовать этому аргументу, то и император был социалистом", - сказал мне Хергович, широко улыбаясь. "Люди говорят, что мы просто создаем искусственные рабочие места, а искусственные рабочие места - это те, которые создаются государством". Действительно, классификация рабочих мест как "настоящих" или "искусственных" в зависимости от того, финансируются ли они государством, приводит к странным выводам. Медсестры, учителя и пожарные попадают в категорию ненастоящих. В то же время те, кто в частном секторе зарабатывает на жизнь торговлей деривативами, снимая себя на видео, как они едят или делают покупки для миллионов незнакомцев, управляют казино, продают мошеннические добавки для здоровья или красоты, рекламируют и продвигают опиоиды, - все они настоящие.