Читаем The Alternative полностью

Эти цифры зависят от различных допущений. Даже в отношении выбросов углерода существуют разногласия по поводу того, какие модели следует использовать. При определении того, что экономисты и политики называют социальной стоимостью углерода, обычно взвешивают стоимость снижения выбросов сегодня и ценность этих сокращений для будущих поколений, используя "ставку дисконтирования". Более высокие ставки дисконтирования дают больший приоритет текущим выгодам, "дисконтируя" стоимость выгод в будущем и уменьшая аргументы в пользу немедленных действий.

Администрация Обамы использовала ставку дисконтирования около 3 процентов и оценивала социальную стоимость углерода примерно в 43 доллара за тонну. При администрации Трампа, которая поддерживала ставку дисконтирования в 7 % и утверждала, что предыдущие оценки преувеличивали ущерб от изменения климата, социальная стоимость углерода упала до 3-5 долларов за тонну. Администрация Байдена, вернувшаяся к 3-процентной ставке дисконтирования и включившая оценки ущерба, нанесенного изменением климата другим странам, объявила социальную стоимость углерода на уровне 51 доллара за тонну.Другие утверждают , что эти цифры неверны на много порядков. Добавив последние данные о человеческих смертях, вызванных экстремальной жарой, один экономист подсчитал, что социальная стоимость углерода на самом деле составляет тысячи долларов за тонну. Если бы истинная стоимость ископаемого топлива была рассчитана таким образом, немедленный переход на возобновляемые источники энергии был бы и этически обязательным, и, безусловно, самым дешевым вариантом.

Это не исключительно экономические или научные вопросы. Они отражают политические и этические представления о надлежащем соотношении настоящего и будущего, о роли природной среды в жизни человека и о правомерности присвоения числовых значений тем или иным аспектам природного мира. Фрэнк Партнои, профессор права и финансов из Университета Сан-Диего, так говорит об этом: "В конечном счете, мы не можем полагаться только на цифры - мы должны выносить действительно жесткие ценностные суждения. Мы должны перестать делать вид, что это наука, и признать, что это искусство, и говорить об этом с точки зрения этики и справедливости, а не того, что мы можем наблюдать на рынках". Одна из опасностей истинных цен заключается в том, что они могут заслонить этические суждения за технократическим фасадом расчетов. Но нынешние цены почти на все товары просто не учитывают многие важные затраты. Вывести даже приблизительные значения лучше, чем вообще не предпринимать никаких усилий для количественной оценки этих последствий.

Шолте любит цитировать высказывание Оскара Уайльда о цинике, который знает цену всему и не знает ценности ничего. На самом деле, утверждает Шолте, мы даже не знаем цену всему, и желание улучшить наши расчеты цен не обязательно должно отражать веру в то, что цены идентичны стоимости. Некоторые вещи вообще не должны попадать в сферу цен - права человека, биологические виды - потому что они, за неимением светского термина, священны. Но поскольку регулирование и политика в настоящее время не в состоянии защитить их, назначение им численных цен с помощью прозрачных и эмпирически обоснованных методов - это второе по значимости решение. Шолте хочет, чтобы правительства эффективно регулировали, например, детский труд, и ни в коем случае не рассматривает истинное ценообразование как замену более надежным политическим решениям. Де Гроот Руис утверждает, что данные о реальных ценах предоставляют неполную, но все же важную информацию. Он сравнивает типичного потребителя в продуктовом магазине с бродягой в темном лесу. Возможно, истинные цены не обеспечивают идеального освещения, но они освещают большую часть нынешней темноты.

Исследователи во многих других странах уже используют аналогичные методы для расчета истинной стоимости продовольственных систем. Группа исследователей из Италии подсчитала, что добавление скрытых экологических и медицинских затрат на один килограмм говядины приведет к повышению ее цены в среднем на 19 евро. По сравнению с килограммом бобовых, один килограмм курицы или свинины приносит в восемь раз больше социальных затрат, а один килограмм говядины - в двадцать три раза больше. Только для Италии они оценили ежегодные скрытые затраты на потребление мяса в 36,6 миллиарда евро. В Великобритании исследователи из Sustainable Food Trust подсчитали, что затраты на продукты питания, связанные с экологией и здоровьем, составляют 116 миллиардов фунтов стерлингов в год. В Америке в отчете Фонда Рокфеллера за 2021 год на основе консультаций с аналитиками компании True Price, а также учеными из Оксфордского, Гарвардского и Тафтского университетов было установлено, что истинная стоимость продовольственной системы США составляет не менее 3,2 триллиона долларов в год, что почти втрое превышает текущие национальные расходы на продукты питания в размере 1,1 триллиона долларов.