Читаем Тёзки полностью

— Мой не понимает, — растерянно улыбаясь, сказал мальчик, но продолжал так, как будто он всё понял. — Ми в школе изучаль немного русски язык… чтопы говорить с русски. Русски — наш друг, — и, подняв скрещённые руки, взглянул на матросов.

Матросы оживились, загудели, но мальчик не мог понять, чему они смеются. Для него было ясно, что его не высадят где-нибудь на острове и не передадут чужим матросам.

— Сходи за капитаном, — сказал усатый матрос тому, который обнаружил кубинца.

Антонио понял, что сейчас придёт капитан, и заметался: только бы не капитан, которого он так жестоко обманул. Он оглянулся на дверь, собираясь бежать, но тут пожилой матрос взял его за руку.

— Ты не бойся, Антонио. Наш капитан очень хороший, он тебе ничего не сделает…

Капитан вошёл в каюту. Антонио опустил голову и стоял, как преступник.

— Антонио! — воскликнул капитан. — Это что же за безобразие! Как тебе не стыдно! Ай, ай, ай. Ну что мне с тобой делать?

Антонио поднял на него свои большущие чёрные глаза, в которых блестели слёзы.

— Что же мне с тобой делать? Иди на камбуз — поешь немного. Наверно, несколько дней не ел?

Матрос заулыбался и, взяв Антонио за руку, повёл его кормить.

Теплоход в это время был на траверсе [13]островов Мадейра. Предстоял ещё путь через Гибралтар, Средиземное море, через Босфор — до Чёрного моря, Антонио ходил по палубе свободно и независимо как свой. Команда его полюбила, да его и нельзя было не любить, до того смелым и честным парнем был Антонио. Однако, когда теплоход поравнялся с Дарданеллами, Антон почувствовал холод и стал реже показываться на палубе. Капитан предложил сшить для мальчика костюм, в котором он мог бы ходить, не боясь простудиться.

Когда Тоша прибежал к дяде Симе, он и не думал увидеть Антонио. Мы не будем описывать всех подробностей этой встречи, важно одно: из порта шли два друга, тёзки, которые разыскали друг друга на таком расстоянии.

И первое, куда повёл Тоша своего кубинского друга, — это в селекционный сад, к Антону Ивановичу Огневу.


Барбудос— бородачи. Так на Кубе называют бойцов Повстанческой армии, поклявшихся носить бороду до полной победы над режимом диктатуры.

Мангро— деревья на морских побережьях.

Рента— доход с земли, не требующий от своих получателей никакого труда.

Мачете— большой нож для рубки сахарного тростника.

С корабля «Гранма» на Кубу высадилась группа кубинских патриотов во главе с Фиделем Кастро.

Сьерра-Маэстра— горы, в которых началось восстание, возглавляемое Ф. Кастро.

Гуахиро— белые кубинские крестьяне.

Гибридизация— скрещивание, получение помесей в растительном и животном мире.

Фундук— кустарник-орешник, растущий на Кавказе и в Крыму, а также орех этого кустарника.

Траверс— направление, перпендикулярное ходу судна.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Музыкальный приворот
Музыкальный приворот

Можно ли приворожить молодого человека? Можно ли сделать так, чтобы он полюбил тебя, выпив любовного зелья? А можно ли это вообще делать, и будет ли такая любовь настоящей? И что если этот парень — рок-звезда и кумир миллионов?Именно такими вопросами задавалась Катрина — девушка из творческой семьи, живущая в своем собственном спокойном мире. Ведь ее сумасшедшая подруга решила приворожить солиста известной рок-группы и даже провела специальный ритуал! Музыкант-то к ней приворожился — да только, к несчастью, не тот. Да и вообще все пошло как-то не так, и теперь этот самый солист не дает прохода Кате. А еще в жизни Катрины появился странный однокурсник непрезентабельной внешности, которого она раньше совершенно не замечала.Кажется, теперь девушка стоит перед выбором между двумя абсолютно разными молодыми людьми. Популярный рок-музыкант с отвратительным характером или загадочный студент — немногословный, но добрый и заботливый? Красота и успех или забота и нежность? Кого выбрать Катрине и не ошибиться? Ведь по-настоящему ее любит только один…

Анна Джейн

Любовные романы / Современные любовные романы / Проза / Современная проза / Романы
12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Оскар Уайльд , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Педро Кальдерон

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза