Читаем Тесные врата полностью

Из воспоминаний Игоря «…Каждое утро около восьми часов в отделении появляется угрюмый человек в белом халате, Илья Ильич, заведующий отделением. Его лицо никогда не озарит улыбка, в глазах вы никогда не увидите проблесков вдохновения. Он приходит сюда чтобы выполнять свой долг, а именно – пресекать в человеческой личности её индивидуальное начало и бороться с нарушениями дисциплины, его я прозвал великим инквизитором…». Игорь рассказал эпизод, когда переживая жестокую ломку, и ища человеческого участия, он попросил красивую медсестру, Кристину чтоб она помолилась за него. Но она вместо молитвы сдала Игоря заведующему, да и в Бога она разумеется не верила. Ильич на следующее утро вызвал Игоря и учинил ему жесткий допрос – в чем заключалась просьба Игоря к медсестре Кристине. Вероятно, он про себя прикидывал не нужно ли Игорю усилить тормозящую терапию нейролептиками, в Бога Ильич тоже безусловно не веровал.

Однажды в отделение поступил подросток после попытки суицида, ни с кем из сидельцев в контакт не вступал, часами рассиживал, уставившись в одну точку. Но однажды он тихо подошел к Игорю и сказал: – Я знаю, что вы доктор, я прошу вас, дайте мне какое нибудь средство, чтобы я ушел из жизни. Наш герой опешил от такого заявления, перед глазами пронеслась вереница воспоминаний о том, как он сам хотел покончить с собой из-за несчастной любви к однокурснице Ирине.

Отвергнись себя и иди за мной, вдруг промелькнуло в уме Игоря евангельское изречение, и Игорь позабыл обо всем на свете – о своей зависимости, о том, что ему сейчас угрожает развод с супругой, в целом мире для него сейчас остался только этот подросток со своей скорбью, его звали Марек. Повелительно взяв под руку, он отвел его в курилку, закурили, Игорь посмотрел юноше прямо в глаза, его взгляд был исполнен состраданием и решимостью и был так пронзителен, будто Игорь проникал парню прямо в его раненую душу. – Знаешь Марек, а ведь я в возрасте двадцати лет тоже намеревался покончить с собой, и тоже из– за девушки.

Я решил спрыгнуть с нашего девятиэтажного общежития и мои друзья это знали. Меня отговорил один добрый человек, Иван, он сказал мне, – Поживи какое то время со своей болью, ну хотя бы пару месяцев, если не передумаешь, ну тогда сигани с крыши, исполни своё намерение. С крыши я передумал прыгать и вот, дожил уже до тридцати пяти лет, живи и ты юноша, ты еще сможешь подарить кому-то счастье.

Марек после этого разговора успокоился, стал иногда разговаривать, а Игорь потом до конца жизни был уверен в том, что во время того разговора с несчастным юношей ангелы были рядом с ними.

Штрих ада Клопиксол… Однажды Игорь, угостил своих сокамерников английскими сигаретами и ночью они устроили перекур в палате строго режима. Это стало известно заведующему отделением, Илье Ильичу. Наказание было жестоким и изощренным… Во время обхода зав отделением приказал ввести Игорю в вену сильнейший нейролептик. Когда врач злодей уколол Игоря клопиксолом, его сознание померкло, он вмиг погасил Игоря. Игорь продолжал жить, но каким то отдаленным уголком сознания. Самым страшным был синдром мучительной неусидчивости, в результате которой Игорь стал ходить взад вперед по отделению как заведенный, вследствие чего последовали гневные окрики мед персонала. Кое-как Игорь упросил дежурного врача, чтобы тот дал ему разрешение бродить по отделению. Все сидельцы были возмущены такой лютой жестокостью со стороны врача, этот кошмар длился около трех суток, на вопрос – Что вы мне ввели?– последовал ответ Амитриптилин, доктор лгал…

Верный друг Рева всегда был рядом с ним и сокрушался – Пацан пришел спрыгивать, а ему такую подлянку учинили! Чем же уколол тебя этот гад? – Он сказал амитриптилином.

– Да это чушь собачья, амитриптилин никогда не даст такой измены.

– Рева, а у меня это состояние пройдет?

– Ну конечно пройдет, таким ты не останешься, не стремайся…

Когда Игорь беседовал со своим верным другом Сергеем Сорбоной обо всём, тот задумчиво говорил – Да, братан, ты прошел через такие жернова…

Увы, самые страшные жернова Игорю пройти только предстояло.

Однажды Игорь с другом Рокотом прогуливались по его району, к ним подошел парень чрезвычайно болезненного вида, заговорили, как это водилось в их среде о наркотиках, о здоровье, после Николай спросил Игоря: – О чём ты подумал в первый момент, когда увидел этого парня?

– Первое что мне пришло в голову это то, что этот парень не живой.

– То-то же, смотри, чтоб и тебя не постигла та же участь. Как вскоре выяснилось, этот человек скоропостижно умер, и не будучи опознан был похоронен как неизвестный.

А тогда Игорь, спросил Колю: – Как ты думаешь, его ожидает ад после такой прожитой жизни?

– А тебя что ожидает, если ты не прекратишь ковыряться ?! Лучше о себе подумай …

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Далия Мейеровна Трускиновская , Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Ирина Николаевна Полянская

Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Попаданцы / Фэнтези