Читаем Террор Бешеного полностью

- В Копенгагене, что ли? - усмехнулся генерал.

- Точно! - воскликнул полковник, удивляясь догадливости шефа. - Денег не было, а "дури" хотелось, да и мечта звала. У них будто бы творческий коллектив сложился: песни, танцы - все в "голубом" стиле. Это теперь модно. И они, идиоты, решили таким образом привлечь к себе внимание прессы и телевидения попасть в датскую тюрьму, там записать диск, сделать клип... Ну, в общем, бред полный. Точно рассчитан на Запад! И их точно кто-то направлял оттуда! Похоже, они, ко всему прочему, еще и шизанутые.

- Шизанутые или нет, но могли бы и проскочить, не попади, на их беду, на борт мой "крестник". Ума не приложу, как ему в таком состоянии удалось их усмирить?

- Доцент из Склифа, который подключился к исследованию в последний момент, осмотрел нашего героя и высказал предположение, что неожиданный всплеск его активности вызван перепадом давления. Но это пока только лишь предположение.

- Что с прессой?

- Договорился, пока самолет не прилетит в Будапешт, никакой информации не будет напечатано.

- Когда вылет?

- Через час пятьдесят минут, - взглянув на часы, ответил Рокотов.

- Выходит, у нас в запасе около четырех часов.

- А может быть, и больше, - задумчиво проговорил полковник и тут же пояснил: - Везде будет сообщение, что рейс задерживается по техническим причинам.

- Думаете, Тиму Роту не сообщили, что самолет с "объектом" уже в воздухе?

- Наверняка сообщили. Но уверен, что пока ему никто не сообщил о террористах и о том, что рейс прибудет в порт назначения с большим опозданием. Сначала он узнает об опоздании самолета, после чего придет новость о том, что "объект" на борту отсутствует. Он не поверит и потребует у Москвы подробных объяснений. Во всяком случае, я бы на его месте именно так и поступил.

- А знаешь, очень даже может быть, - согласился Богомолов и вдруг весело воскликнул: - А мы Тиму Роту еще больше мозги запудрим!

- Каким образом?

- А пускай он еще получит и от Колокольникова "ценное" послание, что интересующий его "объект" вылетит в Нью-Йорк завтра, во вторник.

- Так это сообщение придет позже того, где говорится, что он уже вылетел в Будапешт. Разве Колокольников не знает об этом?

- Знает, не знает - какая разница? Пусть они ломают голову над тем, куда он вылетел или вылетит. Именно это я и хотел сделать до захвата группы, а сейчас... Они рано или поздно должны же доложить об исполнении приказа или о его провале.

- Или о том, что искомый "объект" ими пока не обнаружен! - заговорщически прищурился полковник Рокотов.

- Или о том, что искомый "объект" ими пока не обнаружен, - машинально подтвердил генерал. - То есть когда будапештский самолет прилетит без него. Да у Тима Рота сдвиг по фазе произойдет, - рассмеялся генерал, довольно потирая ладони. - Кто это сделает? Кто сообщит?

- Так Колокольников и сообщит, - усмехнулся полковник.

- А откуда он знает, что за Мануйловым послана группа? - не понял Богомолов.

- А он и не знает.

- Тогда как он сообщит, что группа его не обнаружила? - никак не мог "врубиться" генерал, усталый от множества иных проблем.

- Да не будет он сообщать об этом, - поморщился полковник. - Колокольников сообщит своему ТР, что наш Мануйлов вылетел в Нью-Йорк, а это само собой...

- Означает, что группа захвата не обнаружила искомый "объект" и ни в какой Будапешт он не вылетал! - закончил за него Богомолов, догадавшийся наконец, что имел в виду его помощник. - Представляю, что ожидает того агента, который поспешил обрадовать шефа вестью о захвате Савелия!..

- Вот именно.

- Это же так очевидно, доктор Ватсон! - язвительно процитировал Константин Иванович. - Кстати, нужно сообщить о случившемся Воронову.

- Извините, но напоминаю, что вы же лично командировали его в Омскую дивизию, - осторожно заметил помощник.

- Он что, еще не вернулся? - Генерал сделал вид, что все помнит, хотя действительно совсем упустил из виду, что несколько дней назад отправил Воронова в Омск.

Дело в том, что на командование одной из воинских частей, расположенных под Омском, поступили жалобы из общественной организации "Материнский фонд защиты военнослужащих". В этой воинской части произошло несколько странных смертей новобранцев. Свидетельства смерти каждого были словно написаны под копирку: "Умер от острого гнойного перитонита" или "покончил жизнь самоубийством".

Комиссия Министерства обороны, направленная туда, не обнаружила каких-либо нарушений, но матери погибших не захотели мириться не только с диагнозами врачей, но и с выводами министерской комиссии и продолжали жаловаться во все инстанции. Дело приобрело широкий общественный резонанс и вот-вот могло привести к очередному международному скандалу и шумихе по поводу вечного нарушения прав человека в России. С учетом предстоящих визитов нового Президента в страны Европы это могло негативно отразиться на его имидже и сказаться на результатах поездок.