Читаем Террор полностью

— Вы превращаете помощника конопатчика прямо в чудище какое-то, — сказал Дево.

— Он сам в него превратился, — сказал Эндрюс. — Только не просто в чудище, а в дьявола. В самого настоящего дьявола. Он и его ручной монстр, Магнус Мэнсон. Они продали души — черт бы их побрал — и за это получили какую-то темную силу. Помяните мое слово.

— Вам не кажется, что одного настоящего монстра хватит для любой арктической экспедиции? — спросил Роберт Томас.

Никто не засмеялся.

— Это все один настоящий монстр, — наконец промолвил Эдвард Кауч. — И он не в новинку роду человеческому.

— Так что все вы предлагаете? — спросил Дево после очередной паузы. — Чтобы мы пустились в бегство от гнусного мозглявого помощника конопатчика и просто двинулись с лодками на юг завтра?

— Я лично считаю, что надо выступить сегодня же, — сказал Джозеф Эндрюс. — Как только мы погрузим в лодки те немногие вещи, которые берем с собой. И идти всю ночь. Если повезет, луна будет светить достаточно ярко, когда взойдет. Если нет, мы израсходуем часть оставшегося у нас горючего для фонарей. Вы сами говорили, Чарльз, что бамбуковые вешки, которыми отмечен путь, все еще на месте. После первой же настоящей снежной бури мы их не найдем.

Кауч потряс головой.

— Люди Дево устали. Наши — полностью деморализованы. Давайте устроим пир сегодня вечером — съедим всех до единого тюленей, притащенных вами, Эдвард, — и выступим завтра утром. У всех нас в душе окрепнет надежда после сытного ужина при свете заправленных тюленьим жиром светильников и крепкого сна.

— Но под охраной часовых, — заметил Эндрюс.

— О да, — сказал Кауч. — Я сам встану в дозор сегодня. Я в любом случае не особо голоден.

— Еще остается вопрос командования, — проговорил Томас Фарр, переводя взгляд с одного лица на другое.

Несколько мужчин вздохнули.

— Всю полноту командования принимает на себя Чарльз, — сказал Роберт Томас. — Сэр Джон самолично назначил его старшим помощником капитана «Эребуса» после гибели Грэма Гора, значит, он старший по должности офицер.

— Но к тому времени вы уже были старшим помощником на «Терроре», Роберт, — сказал Фарр Томасу. — Старшинство принадлежит вам.

Томас решительно помотал головой.

— «Эребус» был флагманским кораблем. Когда Гор был жив, все понимали, что он облечен большими полномочиями, чем я. Теперь Чарльз занимает должность Гора. Он главный. Я ничего не имею против. Командир из мистера Дево лучший, чем из меня, а нам понадобится умелое руководство.

— Я не могу поверить, что капитан Крозье умер, — сказал Эндрюс.

Четверо из пяти мужчин задымили трубками сильнее. Все молчали. Снаружи до них доносились голоса людей, разговаривающих о тюленях, чей-то смех, а также беспрестанный треск и пушечный грохот ломающегося льда.

— Формально руководителем экспедиции сейчас является лейтенант Джордж Генри Ходжсон, — наконец произнес Фарр.

— Да раскаленную кочергу в задницу этому лейтенанту Джорджу Генри Ходжсону, — прорычал Джозеф Эндрюс. — Если бы этот скользкий тип приполз сейчас обратно, я бы придушил его собственными руками и нассал на труп.

— Я сильно сомневаюсь, что лейтенант Ходжсон еще жив, — тихо проговорил Дево. — Значит, мы постановили, что я исполняю обязанности командующего экспедицией, Роберт занимает должность моего первого помощника, а Эдвард — второго?

— Так точно, — хором сказали остальные четверо.

— В таком случае учтите, что я собираюсь советоваться с вами четырьмя, когда нам придется принимать решения, — сказал Дево. — Я всегда хотел командовать собственным кораблем… но не в таких поганых обстоятельствах. Мне понадобится ваша помощь.

Окутанные клубами табачного дыма мужчины кивнули.

— Я хотел бы прояснить еще один вопрос, прежде чем мы выйдем и прикажем людям готовиться к сегодняшнему пиру и завтрашнему выступлению в поход, — сказал Кауч.

Дево, сидевший в теплой палатке без головного убора, поднял брови.

— Что насчет больных? Хартнелл говорит, что шестеро из них не смогут идти, даже если от этого будет зависеть их жизнь. Слишком тяжелая форма цинги. Например, Джонсон, стюард капитана. Мистер Хелпмен и наш инженер Томпсон умерли, но Джонсон продолжает цепляться за жизнь. Хартнелл говорит, бедняга не в силах даже поднять голову, чтобы попить — приходится ему помогать, — но он все еще дышит. Мы возьмем его с собой?

Дево пристально посмотрел на Кауча, потом на остальных трех мужчин, пытаясь прочесть ответ на их лицах, но тщетно.

— И если мы все-таки возьмем Джонсона и остальных умирающих, — продолжил Кауч, — то в каком качестве?

Дево не пришлось уточнять, что имеет в виду второй помощник. «Мы возьмем их с собой как товарищей по плаванию или в качестве пищи?»

— Если мы оставим их здесь, — сказал он, — они наверняка станут кормом для Хикки, коли он вернется, как некоторые из вас полагают.

Кауч потряс головой.

— Я не об этом спрашиваю.