Читаем Территория бреда полностью

Остальные тридцать я делал в большей степени на силе воли, нежели за счет мышц. Да и руки начали отказывать. Пришлось максимально задействовать все тело.

На все это спортивное мероприятие у меня ушло два часа. Когда я сделал последние десять отжиманий, я просто упал на пол и минут пять лежал в позе трупа. Я даже не мог радоваться или кричать от восторга. Просто криво улыбался и тяжело дышал.

Когда поднялся, я ощутил сильную потребность в какой-нибудь калорийной и не очень полезной пище. Мне нужен был торт или бургер, чтобы отпраздновать это событие.

Трясущимися руками я натянул джинсы, толстовку, накинул рюкзак на плечи и побрел в магазин. Погода была противная, но холодный воздух бодрил разгоряченное тело.

Я достал телефон и убедился, что супермаркет уже открыт – часы показывали: 8:35.

Было довольно тихо, когда я проходил рощу. Даже слишком тихо. Конечно, от сильной перегрузки организма у меня слегка заложило уши, и я мог не услышать шелеста листьев или лая местных собак, но шум приближающегося автомобиля должен был распознать. Так мне казалось.

Я все еще держал телефон в руке, глядя невидящими глазами на чрезмерно яркий экран, когда раздался резкий хлопок, похожий на взрыв. Я обернулся, но по инерции продолжил идти вперед.

Только ступив на дорогу, я заметил его. Белый «Ленд Крузер» летел на меня, и я уже ничего не мог сделать. Просто замер на месте. Все тело охватило странное чувство, будто в этой жизни я больше ничего не решаю, и жизнь сама вот-вот за меня все решит.

Удар. Я полетел на асфальт. Еще дальше приземлился мой телефон. Я распластался посреди дороги, но боли не чувствовал, лишь понял, что встать не могу. Силы окончательно меня покинули, а глаза закрылись против моей воли.

Наверное, стоило бы рассказать, как передо мной пронеслась вся моя жизнь, как я увидел яркий свет в конце тоннеля или парил над своим бездыханным телом. Красиво и художественно обрисовать этот трагический момент, как подобает писателю. Но в действительности я успел заметить только свет фар, а подумал лишь об одном: как бы выжить. Все довольно банально и прозаично.

Когда очнулся, надо мной стоял лысый коренастый мужчина с загорелым чисто выбритым лицом в очках с прямоугольными стеклами. Он спросил, все ли у меня хорошо, и помог подняться.

Все тело ломило, но не это меня беспокоило: во время столкновения телефон выскочил из моей руки и приземлился в нескольких метрах от пешеходного перехода. Я бросился к нему с криками «мои заметки» и упал на колени. Возможно, получилось слишком театрально и стоило бы повести себя сдержаннее, но в тот момент, это единственное, что меня по-настоящему волновало.

– Как ты, парень? Живой? – спросил виновник моего несчастья.

– Да я-то живой, но мои заметки! – чуть ли не плача прокричал я и поднял разбитый телефон.

– Тихо-тихо, – попытался он меня успокоить. – У тебя, похоже, шок. Точно ничего не сломано?

– Да точно! Точно. Но телефон, – жалостно протянул я, отходя на обочину, чтобы пропустить, проезжавшую мимо машину.

– Не переживай ты так из-за него – разберемся. В первую очередь надо позаботиться о тебе. Давай отвезу тебя в больницу, – сдержанно произнес он.

– Нет, в больницу нельзя. У меня слабый иммунитет, а привиться я еще не успел. А там все чихают и кашляют… – замотал головой я.

– Хорошо, но давай хотя бы отвезу домой, – подхватил он спешно, хмуро поглядывая на объезжавших нас водителей. – Где живешь?

– Тут, недалеко, – ответил я, после чего меня вырвало в ближайшие кусты.

– Так, пошли-ка в машину.

Он взял меня под руку и помог взобраться на переднее пассажирское сиденье, а сам сел за руль:

– Куда ехать?

Я показал дорогу и снова попытался включить телефон. Бесполезно. Экран разбился, корпус треснул, никаких признаков жизни.

– Чего ты так вцепился в него? Я же говорю: решим проблему. В крайнем случае новый возьму тебе, – произнес он строго, но без раздражения.

– Да не в телефоне дело, а в его содержимом. Там все мои заметки. Писательские заметки, – добавил я тихо.

– Писатель, что ли? – улыбнулся мужчина.

– Вроде того.

– А зовут как?

– Никита Кинг, но вы вряд ли слышали обо мне, – промямлил я, чувствуя себя пятиклассником, виноватым перед учителем за то, что «забыл голову дома».

– Если ты не родственник Короля Ужасов, то вряд ли, – он снова улыбнулся, но уже по-настоящему, по-доброму, и представился сам: – А я Константин Авсеев.

Он многозначительно посмотрел на меня, но я никак не отреагировал.

Мы остановились около подъезда, и Константин помог мне добраться до квартиры. Я сразу же прилег на диван, а он огляделся и направился на кухню.

– Не нравится мне, как ты выглядишь, – заявил Константин, когда вернулся с двумя бокалами чая. – Тебе бы поесть чего-нибудь, а в холодильнике только майонез да банка с плесневелым огуречным рассолом. Ты как здесь живешь-то? Когда ел последний раз?

– Нормально живу, – насупился я, – просто вчера вечером еда закончилась, вот я утром и пошел в магазин, чтобы купить чего-нибудь, а тут вы.