Успех, слава, деньги – все было при мне. Шикарные девушки, дорогие машины, отдых в любой точке мира. Но внезапно что-то сломалось. Я вдруг осознал, что живу какой-то другой жизнью. Я давно уже не тот писатель-романтик, который ночи напролет мечтал о том, чтобы его книги однажды увидел весь мир. Я не погружал себя в волшебные миры, я скользил по поверхности.

Да, я жил реальной жизнью, а не витал в мечтах, но получал ли я от этого удовольствие! Раньше моя жизнь была спокойной и размеренной, а сейчас я бежал, а куда сам не знаю. Вперед к какому-то успешному успеху. Зачем все это? В чем смысл? Раньше я был обычным счастливым парнем. А сейчас у меня нет даже времени остановится и подумать.

Я провалился в хандру и бессилие. Я больше не хотел ничего делать, не пытался писать новые успешные книги, но и сюжеты для романов куда-то исчезли. А раньше их были сотни. Раньше я часами мечтал о космических путешествиях и рыцарских турнирах, магических лесах и небесных баталиях, драматических отношениях и комедийных глупостях. А теперь все, чего мне хотелось – просто лежать на кровати и не вставать больше никогда.

Меня мучила бессонница в этой огромной квартире, которую я купил на деньги, вырученные с продажи книг. Я больше не мог там находиться и нашел ту маленькую однокомнатную квартирку, что снимал, когда писал первые романы.

Как-то ночью, я почувствовал необычайный прилив сил. Я вскочил с кровати и выбежал на улицу. Я знал, что они где-то рядом. Что они вот-вот должны прилететь и вернуть мне мою прежнюю жизнь. Я закричал на всю улицу:

– Давай! Ну давай же! Ну где же вы!

Мужчина с заметной сединой в волосах и женщина в черном пальто стояли в коридоре и ждали доктора. Они даже не разговаривали друг с другом: так сильно волновались. В дальнем конце коридора появилась фигура в белом халате – человек, которого они ждали.

Небритый мужчина, на вид чуть старше пришедших, опираясь на трость, сразу начал с главной темы:

– Как вы знаете, тот селективный ингибитор дофамина, что мы назначили вашему сыну в качестве лечения, должен был значительно успокоить его фантазию и вернуть в реальный мир. Повышенный уровень дофамина в его организме вызывал галлюцинации и вводил его в состояние бессмысленной деятельности. Сначала лекарство подействовало, и он стал более собранным, смог концентрироваться на задачах, которые мы ставили перед ним, но фантазировать меньше не стал. А может, даже – больше. Он стал видеть себя в роли успешного писателя, дизайнера и бизнесмена. Тогда мы увеличили дозу, но начались побочные эффекты в виде депрессии. Он почти перестал есть и двигаться. Целыми днями смотрел фильмы и сериалы, примеряя на себя роли главных героев. Но без активности. Только цитировал их и постоянно твердил про семечки. Говорил, что ему нужны семечки.

Женщина заплакала. Она больше не могла стоять, и муж ей помог сесть на стул. Сквозь слезы она заговорила:

– В тот день, когда мы согласились на это лечение, мы сказали ему, что поедем в магазин за семечками. Это единственное, что его успокаивало. Он просто садился на диван, ставил перед собой чашку и грыз, пока те не кончались. В эти минуты он выглядел вполне нормальным ребенком, как все другие дети. Он не бегал по квартире с карандашами и блокнотом, называя себя художником, он не пытался писать эти свои детские книжки. Он был вполне адекватным, понимаете.

Доктор сочувственно кивнул:

– Мы перестали давать ему препарат. Он потихоньку возвращается в свое привычное состояние. Можете взглянуть.

Женщина поднялась со скамейки, и они все втроем подошли к двери, в которой было небольшое окошко, через которое они заглянули внутрь.

Посреди комнаты стоял тридцатилетний парень с широкими бедрами и узкими плечами, на голове у него виднелась сильная залысина, а руки он развел в разные стороны, глядя наверх и повторяя:

– Давай! Ну давай же! Ну где же вы!

Женщина снова заплакала и села на стул. Доктор, не дожидаясь, пока она успокоится, продолжил:

– Мы можем продолжить курс в удвоенной дозе, но в таком случае он полностью перейдет на постельный режим. Вы сможете его забрать. Он будет вполне нормальным, но абсолютно недееспособным.

Женщина подавила слезы и возразила:

– Нет, хватит! Я больше не хочу, чтобы он был нормальным. Я хочу, чтобы он был собой. Я хочу, чтобы он снова стал счастливым. Мы забираем его.

Ее муж, не сказавший ни слова за всю встречу, помог женщине подняться, а доктор открыл дверь в палату.

Я все стоял и смотрел наверх, раскинув руки в стороны и вдруг увидел, как где-то наверху в темноте засиял свет. Ура! Они услышали. Они прилетели. Прилетели, чтобы вернуть мне мою жизнь. Мою спокойную дивную жизнь.

04.2020

7. Маленькое чудовище

Воскресенье, 18.10.20

Никита сидел в огромном резном шкафу, обхватив голову руками, и громко кричал. Дверь снаружи разрывало когтями чудовище, уже поужинавшее остальными членами семьи. Никита орал что-то неразборчивое. Он повторял: «Танибес, танибес, танибес». Еще немного и монстр снаружи разнесет дверь в щепки.

Среда, 14.10.20