Читаем Территория бреда полностью

Я понял, что создан для чего-то большего, чем просто работа в магазине одежды. Я способен воплотить свою мечту. Могу сотворить что-то великое. Кен Кизи так вдохновил меня своим произведением, что я почти в один миг решил стать писателем. Великим писателем.

Две недели я не мог успокоиться. Ходил по набережной вдоль Волги, осмысляя суть литературы. Пытался сформулировать беспрецедентный сюжет. Чтобы – и мистика с демонами, и фэнтези с эльфами, и любовь, как в «Титанике», и трагедия, как у классиков. Старался придумать свое, но чтобы по канонам.

А получалось посредственно. Скучно, глупо и тривиально, одновременно пафосно и по-детски, вульгарно, но стерильно. Пародия на пародию пародий.

Спас интернет. Я нашел блог для писателей, где потерялся на несколько месяцев, впитывая всю доступную информацию.

В тот же период наступил мой двадцать первый день рождения, и я попросил дарить только деньги. На собравшуюся сумму накупил книг о том, как писать книги.

Я изучал их так, будто от этого зависела судьба всего мира. Читал запоем. Вы даже не представляете, какое их множество. А сколько на просторах сети блуждает советов, техник и правил для начинающих писателей – не хватит и жизни, чтобы все их освоить.

Я покорил теорию. Меня просто разрывало от знаний. Я понимал, что стоит только сесть за компьютер, слова сами польются в текстовый редактор.

И вы, наверное, подумали, что дальше меня ждал следующий логичный подвох: страх белого листа.

Нет. Как раз с этим проблем не было. Я напросился на беседу с одним довольно известным русским писателем, и он мне подсказал, что за хорошим сюжетом не надо далеко ходить. Не стоит накручивать уйму жанров и пытаться копировать зарубежных авторов. Лучшие сюжеты для книг лежат около наших ног. Прямо перед глазами. Он посоветовал вспомнить какую-нибудь небезразличную мне реальную историю и обыграть ее художественно. Так я и поступил. Взял за основу магазин одежды, где работал. Там я столько видел… Если описать и продавцов, и посетителей, то уже на трилогию тянет.

Но не все так просто. Я развернул в красках и подробностях, как мне казалось, весь сюжет, а он умудрился уложиться в две страницы. Две страницы! Да еще и навык печати указательными пальцами оказался слишком слаб для такого предприятия: на этот миниатюрный рассказ ушли почти сутки.

Я решил непременно освоить метод слепой десятипальцевой печати, а в промежутках сюжет проработать. Нашел тренажер и взялся осваивать клавиатуру. Клавиатура осваиваться не желала.

Уже через час после начала практики возникло ощущение, что мозг перегрелся и покинул черепную коробку, дабы принять ледяной душ. Голова гудела, руки тряслись от напряжения, а некоторые пальцы свело судорогой.

Но это всего лишь жалкое оправдание. Я поставил цель: стать всемирно известным писателем и получить Нобелевскую премию по литературе. Такая пустяковая проблема, как никудышная мелкая моторика, не могла остановить меня.

После непродолжительного отдыха я снова сел за тренажер. Ситуация повторилась, но мне удалось слегка продвинуться и запомнить расположение некоторых клавиш, прежде чем мозг дал отбой.

Спустя две недели и половину курса я разобрался, как работать всеми пальцами, но постоянно поглядывал на клавиатуру: никак не мог отучиться от этой дилетантской привычки.

Решение было одно. Я взял нож и методично соскоблил им все кириллические буквы, оставив только латиницу, которую, впрочем, тоже планирую удалить, когда возьмусь переводить свои книги на английский язык.

С одной стороны, проблему я решил, с другой – все равно смотрел на клавиатуру, потому что визуально помнил, где находится какой символ. Пришлось пойти еще дальше: следующую неделю во время работы за тренажером я завязывал себе глаза футболкой и практиковался на самом деле вслепую.

После месяца упорной работы я научился печатать, не глядя даже на экран. Это удобно, если пишешь на набережной или в парке: пальцы пляшут по клавиатуре, а ты наслаждаешься красотами и красотками.

На освоение этого навыка у меня ушло немало сил – можно было немного отдохнуть и разгрузиться.

Я стал смотреть наш русский стендап. И в какой-то момент меня осенило: вот каким должно быть мое повествование. Вот какой будет моя книга: что-то среднее между стендапом и ситкомом вроде «Книжного магазина Блэка».

Я начал писать. Каждая глава получалась будто отдельная серия о молодом парне, работающем в магазине одежды и повествующем от первого лица о всяческих курьезах, сложностях и радостях жизни продавца-консультанта.

Тогда же я познакомился с такими жанрами, как магический реализм и автофикшн, что помогло писать на грани между реальными воспоминаниями о рабочем процессе и вымышленными ситуациями, зачастую имеющими мистический или метафизический характер с элементами философии и психологии.