Читаем Термитник Хеллстрома полностью

– Сидите в офисе, пока не прибудут офицеры ФБР. Слышите меня, Лин? Это дело требует профессионального вмешательства.

Крафт не знал, как реагировать на сам приказ шерифа и на его последствия. Но мог намекнуть, что оскорблен как профессионал (и оставить на своем послужном списке шрам, который шериф никогда не забудет); просто подчиниться, как положено подчиняться приказам начальства; изобразить тупого провинциала, который не понимает, что к чему, или продемонстрировать ум и сообразительность. Какой способ поведения выбрать, чтобы найти способ помочь Термитнику в этой сложной ситуации, Крафт не знал. С одной стороны, эти люди могут по ошибке недооценить его. С другой стороны, он мог бы прийти к любопытным выводам на основе того, что они будут делать или, точнее, не делать.

Например, не оставляя его ни на минуту одного.

Крафт разрывался между необходимостью встать на защиту Термитника, как предписывала ему генетическая программа, и страхом, который охватывал его в минуты опасности. Но желание непременно сохранить прикрытие, под которым он работал, возобладало, и Крафт сделал то, что приказывал ему шериф, – сидел и тупо ждал людей из ФБР.

Эта Карр выводила его из себя. Пока она сидит с ним, смотрит, болтает, слушает, он не может позвонить Хеллстрому. А Карр понимает, что он нервничает, и находит в этом удовольствие. Как будто он не понимает, что она врет. У нее отпуск? Кто бы ей поверил!

Кожа у нее сильно обгорела, холодные серые глаза смотрели прямо и жестко, а тонкие губы за все время ни разу не расплылись в улыбке. В ней было нечто, что отдаленно напоминало звезду рекламных роликов – некая отстраненность, которую не могла скрыть показная бойкость. Карр принадлежала к тем миниатюрным женщинам, кому удается сохранить фигуру и энергию до самой смерти. Одета она была действительно как человек, приехавший отдохнуть на Дикий Запад: джинсовый комбинезон, в тон ему блузка и куртка с медными пуговицами. Но все вещи еще несли на себе отпечаток новизны, словно их достала из студийного гардероба костюмерша, перед которой лежал сценарий фильма с точным указанием реквизита, а потому одежда ну никак не соответствовала стилю этой женщины. Довершала же издевательство над этим стилем синяя бандана, прикрывающая ее темные волосы. В левой руке Карр держала холщовую сумку, и каждый раз, когда Крафт смотрел на нее, ему чудилось, будто в ее недрах скрывается пистолет. Она так и не показала помощнику шерифа свои документы, но сам шериф знал ее имя, и по тому, с каким почтением он о ней отзывался, Крафт понял, что у этой дамочки есть официальные полномочия, да еще и не вполне обычные.

– Снова шериф? – спросила Карр, кивая на телефонный аппарат.

Кловис знала, что в ее голосе звучит презрение, но решила не скрывать его. Ей был противен этот толстоносый бровастый угрюмец, и отвращение, которое она ощущала к помощнику шерифа, имело более глубокий смысл, чем подозрения относительно его участия в смерти ее коллег. Крафт был типичным жителем Запада, любителем дикой природы и свежего воздуха, и уже этого было достаточно, чтобы его невзлюбить. Кловис и Эдди Жанверт предпочитали атмосферу ночных клубов, и оба проклинали свое назначение в команду Перуджа во многом потому, что бо́льшую часть времени им предстояло провести за городом, на свежем воздухе. Кожа на щеках и носу Кловис обгорела и болела, что лишь усиливало ее раздражение.

– Да, шериф, – кивнул Крафт. Зачем отрицать? По его ответам можно было догадаться о вопросах. Нет, сэр… люди из ФБР еще не прибыли… да, сэр, я постоянно в офисе…

– Они уже что-нибудь выяснили по поводу смерти Перуджа? Что показало вскрытие?

Несколько мгновений Крафт внимательно рассматривал Кловис. Один из пунктов приказа, полученного от шерифа, нужно было обдумать особенно тщательно. Когда прибудет команда из ФБР, Крафт передаст их начальнику некое сообщение. Оно звучало достаточно просто. Федеральный прокурор был пока не готов высказать мнение по поводу законности вмешательства в дела Хеллстрома. И Крафт обязан был объяснить людям из ФБР, что они имеют право проводить расследование, исходя из «предварительных предположений» относительно деятельности Хеллстрома в рамках торговых отношений между штатами. Это и будет основанием для расследования. Как говорил шериф, ФБР появится в Фостервилле с минуты на минуту, и ему нужно будет сразу же позвонить. Машины уже в аэропорту, и «люди Жанверта» готовы проинформировать ФБР о состоянии дел на ферме.

Положив трубку, Крафт записал эти слова – «предварительные предположения» – в блокнот, лежавший рядом с телефоном. А если рассказать про разговор с шерифом этой дамочке, это успокоит ее подозрительность? Крафт знал, что должен передать сообщение только людям из ФБР, но здесь возникала другая проблема. Может, ему удастся извлечь выгоду уже сейчас?

– О вскрытии ничего не известно, – произнес он.

– Вы написали в блокноте про какие-то «предварительные предположения». Это имеет отношение к мнению федерального прокурора?