Читаем Термитник Хеллстрома полностью

Стерилизованный работник – источник гармонии и свободы в любом обществе. Даже «дикие» сообщества имеют таковых, хотя чаще всего – под маской фертильности, плодом которой являются реальные отпрыски. Но последние не могут участвовать в свободной творческой жизни «дикого» сообщества, а потому подвергаются стерилизации. Таких работников легко опознать. Они не отягощены грузом интеллекта, их эмоциональный мир беден и маловыразителен, индивидуальность у них стерта. Они растворены в массе подобных себе созданий. В этом отношении ни Термитник, ни сообщества насекомых не предлагают вселенной что-либо новое. То, что имеют насекомые, и то, что мы копируем у них, так это тип общества, где все работники вместе трудятся, чтобы создать некое подобие Утопии – совершенного общества.

Вторая группа потратила на съемку лабораторного эпизода с мышами и осами почти шесть часов. И все равно Хеллстром не был уверен, что на пленке осталось то, что он хотел показать в этом эпизоде. Со временем Хеллстром стал очень внимателен к художественным достоинствам того, что они создавали. А тот съемочный материал, который он успел просмотреть, был весьма далек от идеала. Хеллстром же стремился к совершенству, к абсолютному качеству – и совсем не потому, что от этого зависел столь важный для Термитника доход студии. Он желал качества ради качества, причем во всех аспектах жизни Термитника.

Лучшего качества специалисты, высшее качество жизни, безупречное качество того, что создает Термитник, – все было взаимосвязано.

По окончании съемок Хеллстром попросил оператора вновь поднять его на крышу амбара. Пока группа работала над эпизодом, где Хеллстром был одним из действующих лиц, ему постоянно поступали сообщения от участников ночной зачистки, и это его беспокоило. Уже перевалило за полночь, а женщина, сопровождавшая пойманного чужака, так и не была схвачена.

Одной из главных забот Термитника было создание и воспитание работников, которые могли бы стать буферной зоной между Термитником и Внешним миром, причем умных и неподкупных. Ни по глупости, ни из корысти они не могли бы рассказать чужакам про то, что таится под Охраняемой долиной и окружающими ее холмами. Теперь же Хеллстром всерьез опасался, а не пропустили ли они какой-нибудь генетический дефект у особей, занятых зачисткой? Мужчину легко поймали за живой изгородью, окружающей западные луга. Так же быстро установили местонахождение фургона, но упустили женщину. Вряд ли она сумеет ускользнуть, но пока никто из чистильщиц не нашел ее следов.

Когда Хеллстром входил в комнату командного пункта, там было людно. Ключевые работники отметили появление босса, но каждый остался на своем месте. Хеллстром бегло осмотрел залитое неярким светом помещение, мониторы ретрансляторов, группки работников, обсуждавших возникшую проблему. Здесь был Сальдо, темнокожий, как и его мать, Фэнси, но с четкими чертами лица, которые он унаследовал от своего отца из Внешнего мира. Единственное, что Фэнси делала действительно хорошо, так это при любом удобном случае спаривалась с чужаками и вносила в геном Термитника новые гены. А он в них сильно нуждался! Сальдо занимал место Старины Харви у консоли безопасности. У него было еще одно имя, Тимоти Ханнсен – для контактов с Внешним миром. Там он был весьма успешен, благодаря в том числе и своей физической красоте, которая буквально сшибала с ног женщин Внешнего мира. Сальдо был также наделен острым умом, что делало его незаменимым в минуты кризиса. Это качество вообще было свойственно потомкам Фэнси, но Сальдо своей исключительностью выделялся и среди них. Хеллстром питал особые надежды на юношу, обучать и воспитывать которого поручил Старине Харви.