Читаем Термитник Хеллстрома полностью

Химические стимуляторы, способные спровоцировать нужный ответ со стороны индивидуума, относящегося к тому или иному виду животных, многочисленны, и количество их может быть бесконечно, если учитывать наличие их тонко нюансированных вариантов. Так называемое рациональное сознание, присущее человеку как виду, является серьезным препятствием для успешной химической стимуляции, но к нему следует относиться лишь как к помехе, которую с большими или меньшими усилиями можно обойти. Как только сознание подавляется, стимулятор готов реализовать свою программу воздействия. Именно в этой сфере, когда-то считавшейся исключительно царством инстинкта, мы, жители Термитника, способны обрести и развить объединяющие нас в единое целое силы.

Хеллстром стоял в командном пункте возле дисплея, который переводил человеческий язык на язык знаков. Теперь на дисплее значилось: «Используйте все средства, ничем не пренебрегайте». Было три часа ночи, и Хеллстром уже не думал о том, как ему отдохнуть. Найдет возможность присесть – и то хорошо!

– Обратите внимание на изменение уровня воздушного давления, – произнес наблюдатель. – Судя по всему, он опять в аварийной вентиляционной системе. Как он это делает? Пошлите сигнал тревоги! Где ближайшая поисковая команда?

– Почему мы не можем заблокировать всю систему, от уровня к уровню? – спросил Хеллстром. – Или хотя бы через один?

– У нас достаточно сил, чтобы контролировать десять уровней, не более, – раздался голос слева.

Хеллстром всмотрелся сквозь зеленоватый сумрак помещения командного пункта, пытаясь понять, кто говорит. Может, Эд, вернувшийся из долины со своими помощниками?

Черт бы побрал этого Жанверта! Дьявольски изобретателен! На всем пути оставляет мертвых и раненых, его действия провоцируют поведенческие отклонения у рабочих, с которыми он сталкивается, а растущие суматоха и беспокойство могут заразить весь Термитник. Чтобы стереть следы этой ночи, им потребуются годы! Жанверт, конечно, напуган, и его страх распространяется на всех, живущих в Термитнике. Чем больше рабочих воспримет сигнал опасности, издаваемый человеком, близким им по химическому составу, тем выше взметнется волна их паники. Если Жанверта не поймать в ближайшее время, может возникнуть кризис, какого Термитник еще не знал никогда.

Нужно было усилить охрану соты Жанверта после того, как его привели в нормальное состояние.

Моя ошибка, с горьким сожалением подумал Хеллстром.

Химия дружбы была как бы обоюдоострой бритвой, резала обеими сторонами. Охранявшие Жанверта были успокоены химической с ним общностью. Когда это рабочий нападал на такого же, как и он, рабочего?

Хеллстром вслушивался в разговоры наблюдателей, которые координировали свои действия по поимке Жанверта. Охота их увлекала сама по себе, вне зависимости от результата, и по возбужденному тону их голосов Хеллстром понял, они не очень-то хотят поймать Жанверта слишком быстро.

Он вздохнул и произнес:

– Доставьте сюда эту женщину, пленницу.

– Она пока без сознания, – ответил кто-то из темноты.

Да, это точно Эд, подумал Хеллстром.

– Так приведите ее в чувство! – велел он.

Записанный языком знаков лозунг над центральным залом переработки

Это правое и святое дело – после смерти отдавать свое тело на общее благо, и пусть все компоненты смертного тела послужат вечной жизни Термитника.

Двигаясь вверх и вперед, Жанверт добрался, постоянно спотыкаясь, до восьмой двери и, будучи уже не в силах стоять, привалился к ней. Прижавшись виском к металлу, он ощутил холод двери. Как же жарко в этом туннеле! И какая вонь! Он почувствовал, что, не отдохнув, не сможет сделать и шага. Сердце его билось, как колокол, грудь разрывалась от боли, пот тек в три ручья. А если вернуться в главный туннель и поискать лифт? Прижав ухо к двери, Жанверт прислушивался. За дверью – тихо. Это его обеспокоило. Вдруг его преследователи стоят там и ждут, когда он появится?

Правда, и сюда доносился отдаленный гул машин, а также шум, производимый людьми в дальних галереях. За дверью же – странная тишина. Вслушиваясь в нее, Жанверт пытался сообразить, откуда идет угроза.