Читаем Тепло надежды полностью

Истинно верующих мало. Истинная вера – это смелость. Смелость поверить в себя и своего Бога с такой силой, что ничьи возражения и переубеждения не смогут опорочить моего Бога. Смелый человек не утаивает своего Бога и не обменивает его на более ходовой товар. Настоящий верующий не станет насильственно – ссорой ли, войной ли – навязывать свою веру другому. Все войны, когда-либо происходившие в мире, – это войны за веру. Если бы каждый человек занялся исправлением своего умонастроения и освободился бы от страха, то все люди поняли бы, что есть лишь один-единственный Бог, которого мы из-за страхов не сумели разглядеть, сидя на своей кочке.

Кто освобождается от страхов, тот ликвидирует стену между собой и Богом и обретает единение с Богом. Тогда Бог поселяется в человеке, и человек – в Боге. Если Вы сумеете так, то в некий момент наступит прозрение: Боже правый! Как же я раньше не понимал, что мой Бог начинается с моего сердца. Для меня мой Бог таков, каким я его ощущаю в данный момент.

В метре от меня сидит человек. У него в сердце свой Бог, который освещает его мир. Этот свет мы видим с расстояния в один метр – столь мало различаются наши взгляды. Ведь мы оба пребываем в этом Всеединстве, оно же Мир, оно же Бог, хотя один из нас лютеранин, а другой католик. Благодаря взаимопониманию мы неплохо уживаемся. Но если один человек живет на одной половине земного шара, а второй – на другой, то угол зрения различается, как день и ночь. Если бы мы умели заглядывать друг другу в сердце, то увидели бы одну и ту же картину. Но наше видение ограничено нашим страхом, что меня не станут любить, если я не возвеличу своего Бога над его Богом. У испуганного человека собственническое чувство распространяется даже на Бога.

Примитивные народы воевали в пределах своей страны, позже войны стали охватывать соседние государства. Современное вооружение удлиняет длань испуганного зла. Так умные глупцы берутся силой навязывать свою правду глупым умникам.

Испуганные люди сотворяют себе кумира и почитают его, как Бога. Служат и поклоняются ему. Испуганный человек любит Бога, увы, не ради самого Бога, а ради себя. В молитвах просит о милости и много еще о чем. А если желаемого не получает, то разочаровывается и начинает охаивать того, перед кем преклонялся. Коротко говоря: люди сами создают себе кумира – и затем ниспровергают его.

Так был распят Христос. Сделали это те, которые называли себя верующими. Так некогда было отказано в существовании Богу, чтобы мог родиться атеизм – вера в то, что Бога нет. Испуганный человек создает и истребляет, не сознавая того, что, истребляя созданное, человек делает больно себе. Раскаяние испуганного приведет его когда-нибудь кружным путем к принципиально такой же потребности. Развитие жизни по спирали представляет собой придание нового обличья старому. Все новое – это позабытое старое в новых одеждах. Сегодняшний день в своем душевном отчаянии вновь взыскует Бога.

Взгляните на атеиста. Еще недавно все мы были атеистами. Теперь же говорим, что мы – христиане. Неужели мы действительно настолько изменили свое мировоззрение? Как бы то ни было с модой, но атеизм – та же вера.

Атеист верит, например, в столб садовой ограды, о который опирается. Прошу меня простить, я не сравниваю Бога со столбом ограды, а говорю об опоре, о черпании силы, о чувстве надежности. Если атеист является атеистом настолько, что ничего иного в мире не видит, то он и не заметит, что столб прогнил. Он подойдет и снова прислонится к столбу – и они оба опрокинутся. И опрокинутся так нелогично, что атеизмом этого не объяснишь. По логике, столб должен был бы оказаться под человеком, так как атеист на него наваливался. Однако атеист первым растянулся на земле, и лишь затем столб упал на него и огрел по затылку, как бы говоря: «Вот видишь, дорогой, у жизни две стороны. Сейчас ты получил по тумаку от обеих сторон с тем, чтобы, рассуждая о нелогичности, ты осознал это».

Атеисты могут быть превосходными людьми. Они не верят вслепую. Атеисты ведут через атеизм поиски Бога, который был бы по достоинству воспринят человечеством, соответствуя уровню его развития.