Читаем Теория стаи полностью

Те, кто не погиб при штурме Иерусалима, погибли позже. С ними поступили иначе, чем с жителями Карфагена — те, как военнопленные суверенного государства, были просто проданы в рабство, а это означало, что человек не только оставался жить, но и в перспективе мог быть освобожден, хотя бы в своих потомках — но с восставшими поступили как с уголовными преступниками, обыкновенными бандитами-«внешниками»: часть их были отправлены в египетские рудники на верную гибель, а большая часть была раздарена императором по всем провинциям в гладиаторские школы для гладиаторских игр (обыкновенный в те времена способ уничтожения бандитов, грабителей и вообще уголовников), выживших из миллионов обычно можно было пересчитать по пальцам. Женщин в таких случаях отдавали сводникам — несчастные, после жестоких с ними утех, также долго не жили.

Уцелевшие в Палестине немногочисленные евреи-«внешники» (и их потомки) еще пытались на протяжении последующих 60 лет бороться с Римом, пока наконец в 135 г. н. э. подавлением восстания Бар-Кохбы римляне окончательно не ставят точку на еврейском сепаратизме. Поскольку на помощь восставшим в Иудее съехались «внешники» почти из всех колоний иудейской диаспоры («внутренникам» было не до того: они занимались торговлей), то с их истреблением в еврейском народе «внешников» практически не осталось. Малочисленные остатки еврейского народа (уцелевшую часть «болота», не вовлеченную в восстание) вынудили бежать из Палестины в приютившие их еврейские поселения диаспоры, где они психоэнергетически и подчинились «внутренникам»-«карфагенянам».

Таким образом, этническими евреями остались только рассеянные по всей ойкумене «внутренники» диаспоры.

Очень важно понимать, что «внутренники» не просто торгаши, но — элементы стаи, в которой далеко не каждый элемент занимается подсчитыванием барышей.

Классический «внутренник» — это не обязательно процветающий руководитель торговой фирмы, который дошел до такого совершенства, что, углядев в собственном бумажнике денежную купюру, не успокоится до тех пор, пока незаметно ее сам у себя не свистнет.

«Внутренник» — это больше, чем даже предрасположенность к торговле, — это принадлежность к «внутреннической» стае, вернее субстае.

Может ли человек, родившийся астеничным да еще меланхоличным, стать во главе фирмы? Нет. Его обойдут конкуренты, и он потеряет унаследованный капитал. Но будучи законченным «внутренником», он будет горд от хотя бы этнической причастности к успехам своих соплеменников, даже если все места приказчиков в лавке окажутся занятыми, а ему не доверят даже место сторожа.

Он может быть даже просто соглядатаем в какой-нибудь «внешнической» суб-иерархии. «Везде свой еврей» — это даже вошло в поговорку.

Он может заниматься, если надо, и бескорыстным стравливанием «внешников» и другими делами коллективных органов стаи.

Таким образом, в каждом народе, который безусловно является соединением разных психологических типов — «внутренников», «внешников», «болота» и неугодников — прослойка, определяющая его характер как целого, не столь тонка, как то может показаться.

Чтобы оградить себя от обвинений в антисемитизме (в дальнейшем, когда придется говорить про немцев и казаков, меня, очевидно, обвинят уже в обратном), позаимствуем некоторые наблюдения у трех мыслителей — современных евреев: писателя Эфраима Севелы, психоаналитиков Альфреда Адлера и Зигмунда Фрейда.

Севела — писатель последней четверти XX века, второй по кассовым сборам профессионал (из российских эмигрантов XX века) после Солженицына (того самого, который получил Нобелевскую премию за то, что в разных формах повторял, что Россия XX век якобы проиграла); сам еврей, и потому, естественно, пишущий преимущественно о евреях.

Только далеко не все евреи Севелу любят. А происходит это от того, что Севела пишет о евреях правду. Пусть даже не всю, а только незначительную ее часть.