Читаем Теория катастрофы полностью

— Никаких требований к интеллекту вашего робота мы не предъявляем, вы можете сделать и многоногую платформу с ремут-контролем, но предупреждаю — запутаться в ручном управлении робосуставами очень легко. Когда закончите сборку, накройте свою конструкцию чехлом. Испытания начнутся на следующий день. Всё ясно?

Кудрявый юноша-Дракон спросил:

— А одноногого робота можно сделать?

Комиссия посовещалась, и Дермюррей презрительно сказал:

— Можно!

— Что понимается под термином «нога»? — задала вопрос Никки.

— Нога — это часть робота, которая двигает его тело, квази-периодически отталкиваясь от земли! — отчеканил профессор Дермюррей, хотя робототехника не являлась его специальностью. Впрочем, универсальность его гения была общеизвестна.

— То есть — суставы в ноге не обязательны? — уточнила девушка.

— Ну, если вы сделаете ноги, не гнущиеся в суставах, то мы все с удовольствием посмотрим — как далеко ваш робот на них уйдёт! — саркастически засмеялся Дермюррей и распустил нетерпеливо мнущихся учёников.

Те ринулись к стеллажам — в надежде побыстрее найти нужные части для будущих кибероходов… гм… роботопов… кхм… шагоходов… э-э… топотварей… тьфу…

Никки осталась у трассы и внимательно её рассмотрела.

На стеллажах гроздьями висели студенты, лихорадочно ищущие лучшие механические ноги и электронные головы. Из спешно набиваемых карманов торчали железные пятки и пластиковые копыта, из переполненных рук со стуком высыпались разнообразные киберпотроха. Круглые электронные глаза, обиженно таращась, катились по полу дальше всех.

Задумчивая Никки, посидев у бассейна с мелодично квакающими жабками, отправилась не к стеллажам, а к станкам.

Наконец, она подошла к своему столу.

— Никки, где ты бродишь? — оживлённо окликнул её Джерри. — Решила, что будешь делать?

Перед Джерри громоздилась куча моторчиков, сенсоров, шарнирных суставов и процессорных кубиков. Никки утвердительно кивнула и положила на стол длинную упаковочную коробку из прочного пластика, найденную возле станков.

Девушка сосредоточенно зачертила что-то на бумаге и даже принялась писать формулы. Она отрывалась от этого занятия только для того, чтобы гнуть проволочки, извлечённые из кучи обрезков, и внимательно их разглядывать. Джерри смотрел, смотрел на Никки, вздохнул, уже открыл рот… — и в последний момент решил не лезть к ней с советами.

Кругом кипела работа. Причудливые киберустройства росли как грибы — от конструкции, похожей на одноногую лягушку, которая, по замыслу её создателя, должна была одним скачком перепрыгнуть первую зону трассы и доставить автору желанную удовлетворительную оценку, до сложных восьминогих робопауков, настороженно поблёскивающих фасеточными глазами и жужжащих мини-моторчиками в многочисленных коленках. Роботов с большим количеством ног школьники предпочитали не делать — слишком много возни с согласованием работы моторов.

Самым популярным вариантом стали шестиногие роботы-насекомые. Такого же робота собирал и Джерри. Нинон-Олень сказала шёпотом соседке Илайзе-Сове:

— А я хочу собрать робота на четырёх ногах, чтобы походил на оленя.

Илайза солидно ответила:

— Опрометчиво! Равновесие оленя — более сложная задача, чем стабильность насекомого. Шестиног, поднимая и перенося три ноги, может устойчиво стоять на трёх оставшихся — лишь бы центр тяжести не вылезал за треугольник опорных ног. А оленю всё время приходится следить за динамическим балансом силы тяжести и реакций ног. Да ещё выбирать место — куда шагнуть — оленю приходится внимательнее. Недаром мозг четвероногих животных превосходит по мощности мозг насекомых, а для эффективной ходьбы на двух ногах желателен человеческий интеллект.

— А как же птицы? — удивилась Нинон. — Они ходят на двух ногах, а мозг у них маленький.

— Ну и что, что маленький, — обиделась Илайза-Сова. — Птицы, знаешь, какие умные?!

Часовой перерыв на еду студенты сократили до минимума и снова бросились к недоделанным роботам. Только Никки засиделась за обеденным столом, хмурясь и чертя вилкой по соли, рассыпанной по столешнице. Девушка машинально напевала загадочное:

— Арбузелло, арбузелло… до чего ты оборзелло…

Не мудрено, что её робот оказался последним, сданным профессору Майсофт лишь тогда, когда уже раздался сигнал окончания экзамена, а Джерри, с тревогой посматривавший на Никки, созрел для предложения нелегальной помощи.

Зал с длинным рядом зачехлённых роботов заперли до утра, а усталые студенты отправились отдыхать. Или нервничать — у кого что лучше будет получаться.

Поздно вечером в дверь Никки постучали.

— Заходите! — крикнула девушка.

— Это я, — тихо сказал появившийся Джерри. Он был бледен и держал в руках сложенный лист бумаги.

— Что случилось? — по лицу юноши Никки сразу поняла, что произошло нечто экстраординарное.

— Нашёл в файлах отца… — Джерри протянул лист.

Девушка взяла лист, всмотрелась. Список имён — мелким шрифтом в три колонки. Больше ничего — ни номеров, ни комментариев. Глаза Никки скользнули по фамилиям — лишь некоторые были смутно знакомы, и только имя Джерриного отца в самом начале первой колонки бросилось в глаза.