Но высоченный шкаф оказался неустойчивым — только сейчас Рами вспомнил, что в библиотеке собрались делать ремонт именно потому, что некоторые шкафы были старыми и могли в любую минуту рухнуть. В ту же секунду шкаф начал падать. Рами отступил назад и понял, что надо действовать быстро, чтобы не только спастись самому, но спасти и охранника Неувонена. Рами схватил длинную деревянную указку и попытался с ее помощью сдвинуть Неувонена в безопасное место. Но указка выскользнула из рук Рами, пролетела мимо Неувонена и угодила в гипсовую голову основательницы школы Эльвиры Колехмайнен. Голова упала на бок и покатилась по полке прямо на кантеле учителя музыки Хейлиё. На охранника Неувонена дождем посыпались книги. В этот момент гипсовая голова достигла кантеле, струны которого издали громкий стон.

— Ой-ой-ой, — произнес Рами, когда в библиотеке снова настала тишина. — Беда-беда.

— Все закончилось хорошо, — рассказывал неделю спустя Рами, сидя на диване в гостиной у бабушки и жуя булочку. — Сыскное агентство раскрыло свое первое дело, а я успел на урок истории.

— Я думаю, — кивнула бабушка, — что ты узнал кое-что важное. Искать и найти — это не одно и то же. Иногда даже не знаешь, что случится раньше. Бывает так, что сначала найдешь, и только потом понимаешь, что как раз это и искал.

Рами потянул булочку в рот. Вернее сказать…»

Туули заснула. Я закрываю книгу и тихо кладу ее на письменный стол. Затем гашу настольную лампу и выхожу из комнаты. На кухне пью воду — во рту от долгого чтения вслух пересохло. И в этот момент меня озаряет: я понимаю, что прочитал действительно дурацкую историю, которая хорошему не научит.

17

В парке — люди. Да, у нас опять есть посетители! В павильоне снова слышны крики и шум работающего оборудования. «Кренделек» с самого утра источает восхитительные ароматы во всем многообразии своего ассортимента — от «Шашлычков из дракона» до сдобных слоеных язычков. Можно с уверенностью сказать, что все сотрудники в приподнятом настроении.

Однако это не так уж хорошо, как можно было бы подумать.

Ближе к вечеру я несколько раз обошел павильон, поговорил с каждым из своих коллег и выяснил, что на самом деле происходит в парке.

Мои сотрудники из собственных средств оплатили рекламную кампанию на радио — Кристиан написал текст, Эса его озвучил, а Минтту К купила рекламное время. В итоге мы смогли заманить в парк восемнадцать детей и десять взрослых.

И это за весь день.

Конечно, восемнадцать детей вопят и топочут, а десять взрослых покупают в кафе кофе и некоторое количество закусок и десертов из всего изобилия, которое Йоханна наготовила на всякий случай, но дневной баланс доходов и расходов открывает суровую правду. Инвестиции нерентабельны и неразумны как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Ничто не предвещает устойчивого роста.

Больше всего меня гнетет мысль, которую я так и не посмел озвучить своим сотрудникам. Элементарные расчеты и самый примитивный бухгалтерский анализ показывают, что коллектив парка неуклонно приближается к двойному краху: мои коллеги лишатся не только рабочих мест, но и собственных средств, а значит — будущего.

Так что впечатления от сегодняшнего дня у меня, мягко говоря, неоднозначные.