Читаем Теория Безумца полностью

– Коко Шанель вытащила своего племянника из плена, но для этого ей пришлось стать любовницей «спасителя» и немецким агентом. Она поставляла немцам инсайдерскую информацию из Франции. На её счету более десятка успешно выполненных шпионских миссий. Магазинчик, который я указал, в начале пути, был открыт ею, когда знаменитая кутюрье искала встречи с Уинстоном Черчиллем. Она должна была убедить премьер – министра Англии согласиться на англо – германские переговоры. Эта операция называлась «Модная шляпка» и была под контролем начальника шестого управления разведки рейха Вальтера Шеленберга. Черчилль принял предложение Коко Шанель. Но посетить магазин не смог– подхватил простуду и заболел. Англо – германские переговоры не состоялись. Но магазин остался и даже сохранил своё прежнее название – «Модная шляпка»! – завершил повествование Натан Бернард.

– Вам бы книги писать! – желчно констатировал Макс Фельт.

– Напрасно иронизируете! Не отрицаю такую возможность, сэр! – согласился Натан Бернард. Указал дом в глубине сада и добавил, – Мы пришли. Вот он – дом моего детства.

Они приблизились к двухэтажному старинному особняку. В углу террасы, за круглым столом, укутав ноги в плед, сидели дамы. Обе, приблизительно, одного почтенного возраста.

Глядя на них, Виктор пытался вычислить: «Кто из них тётя?» Он неспеша шёл по дорожке, ведущей к дому. Сыщики, намеренно, держались поодаль.

Натан не сводил глаз с обеих женщин. Ему показалось, что они увидели его. Одна из них повернула голову в сторону дорожки, по которой он шёл и прислушалась к шороху щебня.

– Моя милая тётя! Элизабет! – негромко позвал Натан Бернард и увидел, как она, услышав его голос, вздрогнула, подняла руки, встала, сделала несколько шагов, по направлению к звуку и оказалась в объятиях племянника. Из невидящих глаз её струились слёзы.

Такого удара Макс Фельт не испытывал никогда! Грандиозное расследование, с которым было связано столько надежд, оказалось полным провалом… Слава, должность, награда – всё рухнуло в небытие. Ему грозила если не отставка, то точно – понижение в должности. Полгода работы! Уйма денег на перелёты, гостиницы, содержание оперативной группы – всё выброшено впустую. Гора родила мышь. Доказана аксиома: непричастность к шпионской деятельности заслуженного американского гражданина. Заместитель директора ФБР печально смотрел на тлеющие дрова в камине и думал, как выбираться из профессионального пике, в которое он загнал сам себя.

Глаза печально блуждали по стеллажам и полкам комнаты, которую ему милостиво предоставила мадам Бернард, не пожелавшая отпустить «коллег» «милого мальчика» в гостиницу. Взгляд остановился на толстом альбоме с фотографиями.

Макс Фельт привстал с кресла, дотянулся до полки, взял увесистый том и, перекладывая листы, принялся рассматривать старые пожелтевшие снимки. Возникли эпизоды детства Натана Бернарда. Беззаботный и счастливый малыш с родителями на отдыхе в Ницце. Первый школьный день. Повзрослевший мальчик с тётей и бабушкой. Натану Бернарду – восемь лет. Последнее фото, где ему 12 лет, было совсем плохого качества. Размытое, с засвеченным пятном, оно было датировано 03 июля 1948 года. «Где его снимки в подростковом возрасте и юности?» – заинтересовался Макс Фельт и принялся методично осматривать стеллаж, в поисках более поздних карточек.

Вошёл Натан Бернард и увидел, что книги, открытки, письма, старательно перевязанные тесёмочками разного цвета, альбомы, картинки – всё валялось на полу, на столе, в креслах.

– Потрудитесь объяснить, что здесь происходит? – спросил он.

– Продолжаю заниматься расследованием вашей причастности к шпионской деятельности в НАТО, – бодро ответил неугомонный следователь.

– Завтра в 09 утра истекает срок моего задержания. До сих пор я не получил внятного объяснения причин моего ареста. Потрудитесь объяснить почему, без санкции прокурора, вы устроили погром в доме женщины, имевшей неосторожность принять вас у себя? – произнёс Натан Бернард.

– Я выполняю служебный долг. Занимаюсь поиском улик, – пафосно продолжил следователь.

– Вы не Родине служите, Фельт, а удовлетворяете личные амбиции! За неимением доказательств, пытаетесь их сфабриковать! Обвинения в мой адрес – плод вашего больного воображения. Мечтаете прославиться? Я, пожалуй, вам в этом помогу! Приложу усилия к рассекречиванию и опубликованию военных документов о вашей «доблестной» службе во Вьетнаме, – продолжал Натан Бернард, –