Читаем Теодорих Великий полностью

Поздним вечером, на исходе второго дня битвы, остготы послали парламентера с просьбой разрешить им покинуть Италию; они соглашались поселиться там, где это будет угодно императору. И в то время, пока шли эти переговоры, группа, состоявшая примерно из тысячи остготов, которые не хотели и слышать о таких условиях мира, прорвала византийские кордоны. Им удалось пройти через всю Италию и добраться до Павии. Просьба остальных остготов была удовлетворена при условии, что они больше никогда не поднимут оружие против императора. Это произошло в 553 году.

Таким образом. Остготское королевство, да, по сути дела, и весь остготский народ, прекратили свое существование. Разумеется, небольшие вооруженные отряды остготов еще бродили почти по всей Италии. Но каждый из них действовал на свой собственный страх и риск и ставил перед собой различные локальные цели. Всех оставшихся в живых остготов можно разделить на две группы.

Одни, смирившись с неизбежным, предпочли все-таки остаться в Италии и поступить на службу либо к императору, либо к варварам, которые так позорно оставили их на произвол судьбы в трудную минуту. Во главе этой группы остготов стоял Алигерн; Кумы, которые, несмотря на длительную осаду, так и не смог взять Нарсес, впоследствии были добровольно отданы византийскому императору. Другие остготы посчитали за лучшее все же покинуть Италию и поискать счастья на чужбине. Совсем недавно было высказано предположение, что основная масса этой группы остготов добралась — через Аосту — до Женевского озера. Мне представляется более правдоподобной другая версия, согласно которой эта группа остготов поселилась в Ладинии[61]. Это — горная область южнее г. Брунико и восточнее г. Больцано, в центре которой расположен Розенгартен (в предании о Дитрихе Бернском он выступает в роли государства Лаврина). Некоторые остготы вновь преисполнились оптимизма и даже собирались, надеясь на поддержку франков, продолжить борьбу с византийцами в Италии. Сами франки проявляли сдержанную осторожность и не спешили торопить события. Но они не предприняли никаких агрессивных действий, когда хорошо вооруженная алеманнская армия численностью порядка 75 000 человек, среди которых были и франки, перешла через Альпы, чтобы, заявив о своих правах на наследство Теодориха, основать «новое алеманнско-готское королевство». Разумеется, знатные готы и слышать не хотели о таком альянсе. Когда алеманны, одержав победу над императорскими войсками в битве при Парме, шли на юг, Алигерн — как свидетельствует Агафий, — стоя на городской стене, осыпал их язвительными насмешками: он кричал, что все их потуги ни к чему не приведут и они всё равно останутся с носом (хотя в то время византийцы уже прибрали к своим рукам все богатства и королевские инсигнии готов); что если его когда-нибудь назовут новым готским королем, то он никогда уже не сможет носить пурпур, а должен будет носить одежду простого солдата и довольствоваться жизнью самого обычного человека. Тем не менее, несмотря на столь враждебное отношение к ним готов, алеманны вовсе не собирались отказываться от своих планов. Им удалось пройти всю Италию и достичь Реджо-ди-Калабрии. Весь их путь был отмечен убийствами, грабежами и пожарами, и они полностью разрушили все, что уцелело со времен войны византийцев с остготами. И фортуна очень скоро отвернулась от них. Уже осенью 554 года эпидемии и вражеские мечи полностью уничтожили эту некогда грозную армию алеманнов. Они ровным счетом ничем не помогли остготам, многие из которых считали алеманнов своей последней надеждой. Небольшая часть остготской армии (7000 человек), укрывшаяся в расположенной на юге Италии крепости Кампсы[62] зимой 555 года была вынуждена сдаться Нарсесу. Ее включили в состав императорской армии и затем использовали на Востоке. Так была погашена последняя искра остготского сопротивления. Правда, есть сведения об отдельных группах остготов, доставлявших византийцам — то в одиночку, то во взаимодействии с франками — некоторые хлопоты. Однако в основном это были те остготы, которые остались в Италии с разрешения завоевателей. И они были уже не воинами, а мирными поселенцами. Большинство из них занимало отдельные территории севернее р. Пад и до морского побережья, но они жили также в окрестностях Ночеры (провинция Умбрия) и Кастельтрозино (провинция Марке). Их численность была очень небольшой. Те из них, кто жил севернее р. Пад, сумели сохранить свою национальную самобытность и специфические готские привилегии по меньшей мере до XI века[63].