Читаем Теодорих Великий полностью

Второй — и последний — этап этой борьбы включает в себя 540–555 годы. Несмотря на произошедшие перемены, остготы все еще представляли собой постоянную опасность для византийской провинции Италия. Павия, Верона и другие хорошо укрепленные города севернее реки Пад до сих пор находились в их руках. Правда, в данный момент времени остготы вряд ли могли всерьез угрожать Византии, поскольку они почти перестали ощущать себя единым народом и многие их вожди заботились лишь о том, чтобы удовлетворить свои собственные корыстные амбиции. И лишь король Тотила (или Бадвила), двоюродный брат убитого короля Хильдебада, начиная с конца 541.года и до своей героической гибели в 552 году пытался защищать национальные интересы остготов. Обладавший широким политическим кругозором, тонким стратегическим чутьем и личной отвагой, Тотила сумел в кратчайший срок вернуть под власть остготов всю равнинную часть Италии с ее богатыми людскими и промышленными ресурсами. Две свои важнейшие задачи — пополнение государственной казны и увеличение численности армии — Тотила решил удивительно простым способом: он взял под свою защиту наиболее слабые (и в социальном, и в экономическом смысле) слои населения равнинной части Италии — особенно рабов и колонов. В их лице он получил не только храбрых солдат, но и людей, исправно плативших государственные налоги и арендную плату, в то время как византийцы лишились и того и другого, что нанесло им весьма значительный ущерб. Осадив Неаполь, Тотила начал с лихорадочной быстротой строить флот, и вскоре его корабли стали топить византийские торговые суда. Весной 543 года был взят Неаполь, и вскоре в руках Тотилы оказалась вся Южная Италия.

В декабре 546 года солдаты Тотилы вошли и в Рим, несмотря на то что вернувшийся еще в 544 году на службу к императору Велизарий приложил огромные усилия, чтобы не допустить этого. Все эти бесконечные военные столкновения, эпидемии, голод вновь принесли Риму тяжелейшие страдания. Вечный город почти опустел. Как только Тотила вошел в Рим, он сразу же отправился в базилику св. Петра, чтобы на могиле этого апостола принести Господу хвалу за победу. У ворот базилики его уже ждал диакон Пелагий — человек, происходивший из знатного римского рода и занявший высший церковный пост после того, как из страны был изгнан Папа Вигилий. Пелагий стал умолять Тотилу проявить максимум сострадания к захваченному им Риму. Жителей Вечного города Тотила пощадил. Но к самому Риму, взятие которого стоило жизни большому количеству его солдат, Тотила питал лютую злобу и даже угрожал сровнять его с землей. Разумеется, он не сделал этого. Несмотря на все нанесенные ему повреждения, Вечный город — особенно его древние здания и памятники — был по-прежнему прекрасен. И как тут не вспомнить пророческие слова святого Бенедикта: «Рим никогда не будет уничтожен варварами; если он и будет стерт с лица земли, то сделают это не люди, а громы и молнии, бури и землетрясения!»[60]. Правда, многие здания в Риме серьезно пострадали от пожаров и грабежей, а отдельные участки городских стен были разрушены штурмовавшими город солдатами Тотилы. И нам известно, что, хотя остготы оставили в неприкосновенности все большие храмы как в самом Риме, так и за его пределами, они все-таки, надеясь на богатую добычу, довольно серьезно «поработали» в катакомбах (об этом говорится в рукописи Папы Вигилия). Все то, что было разрушено остготами в катакомбах, впоследствии отреставрировали. Но сам город, как уже было сказано, пострадал не слишком сильно. Более того: Тотила запретил своим солдатам дурно обращаться с жителями Рима (которых в то время было всего-то несколько тысяч).

Но они должны были покинуть Рим и поселиться в Кампании. Рим, столица мира, стал городом, в котором не осталось ни одного коренного жителя! И все самые знатные римляне превратились в обездоленных нищих! Вот что писал о событиях тех дней византиец Прокопий: