Читаем Теодорих Великий полностью

Одной из таких рукописей, написанной неизвестным автором на готском языке и затем переписанной на латыни, является переработанный в виде проповеди комментарий к Евангелию от Иоанна, кратко излагающий его первые семь глав. Сохранились всего лишь восемь страниц, написанные в две колонки великолепными крупными буквами, которые — вместе с другими знаменитыми в то время шедеврами готской литературы приобрел для Миланской библиотеки кардинал Фридрих Борромойс. В нашем распоряжении есть и еще одно свидетельство великолепного мастерства остготских каллиграфов фрагмент календаря вестготских праздников, созданного во Фракии примерно в 390 году. Все остальные произведения остготской литературы, написанные на готском языке, после распада их королевства почти полностью исчезли. А те рукописи, которым посчастливилось пережить это тяжелейшее для готов время, не только не пытались спасти — хотя бы из интереса к этому народу, а сознательно уничтожали. За одним-единственным исключением (речь идет о «Серебряном кодексе»), все имеющиеся у нас рукописи сохранились только потому, что с них сначала соскабливали готские буквы, а затем на этом пергаменте писали ортодоксальные тексты на языке отцов, то есть на латыни (палимпсесты). К счастью для нас, описанная выше процедура, которую практиковали в VII–VIII веках в североитальянском монастыре Боббио, выполнялась не слишком тщательно, что позволяет нам разобрать, хотя и с трудом, тексты, написанные на готском языке.

Остготские богословы читали и переписывали и такие арианские тексты, которые были написаны на латинском языке. Так, в уже упоминавшемся выше палимпсесте, содержащем и готский и латинский тексты, было предложено полемическое разъяснение отдельных глав Евангелия от Иоанна. В другом палимпсесте VI века, изготовленном в монастыре Боббио, мы находим фрагменты арианского комментария к Евангелию от Луки. А в Парижской рукописи, написанной унициальным (курсивным) шрифтом рукой искусного готского каллиграфа VI столетия, содержится отредактированная копия письма арианского епископа Максимина к святому Амвросию, епископу Медиоланскому.

Все эти богословские труды, которые изучали и применяли в своей жизни остготы, безусловно, не являются результатом их собственных усилий: они попали к ним, вместе с переводом Библии, сделанным Вульфилой, из греко-римского мира культуры Балканского полуострова. Точно так же как и в церковном искусстве, в котором готы следовали римским образцам и использовали римские методы работы, они не были слишком оригинальными и в своей богословской литературе. И, разумеется, лучшее, что есть в их церковной культуре, готы во многом позаимствовали у греков и римлян.

Сказанное выше в известной степени относится и к деятельности готов в светских областях культуры. С самого рождения остготы учились владеть оружием и, по воле своего короля, признавали лишь одну достойную профессию — защитников Италии. Все найденные нами остготские захоронения указывают на это. Когда в 1898 году в Номере (провинция Умбрия) были вскрыты 165 могильных холмов, выяснилось, что всем взрослым мужчинам в могилу обязательно клали меч, а иногда также копье, кинжал и щит; всем юношам — лук и трехгранные стрелы; и даже в могилах женщин были найдены короткие стилеты. Другие извлеченные из этих холмов предметы ярко свидетельствуют о стремлении остготов к дорогим элегантным украшениям. Они были прилежными учениками римлян и очень скоро оценили по достоинству все богатства римской культуры. (К сожалению, их действительно золотой век не мог продолжаться бесконечно.) Как одежда, так и украшения, изготавливаемые готами, несли на себе явный отпечаток римской культуры и были такими же великолепными и дорогими. Предметы, найденные в Кастельтрозино (провинция Марке), еще раз со всей очевидностью подтверждают это.