Читаем Тени в раю полностью

К собственному неудовольствию, я ощутил, как участилось сердцебиение, а ведь раньше мне были нипочем подобные развлечения. Сказалась бездеятельная жизнь и пагубное пристрастие к алкоголю. Все наши ребята из Антитеррористического центра, едва выйдя на пенсию, рано или поздно становятся выпивохами.

– Старею, – зачем-то вслух протянул я и вразвалочку, подчеркнуто неторопливо направился к садовому домику.

Войдя в хижину, я почувствовал, что в комнате явно есть посторонний…

Больше всего на свете мне сейчас хотелось провалиться под землю. Мне было стыдно и за свой загаженный холостяцкий угол, и за синеватую небритую рожу, но еще больше – за шлюх, которых Инна Кораблева видела во дворе…

– Виталий, вы собираетесь меня вышвырнуть. – Голос звучал вызывающе мягко. – А может, ограничимся легким подзатыльником?

– Что вы, – возразил я, чтобы вообще чего-то сказать, – я очень рад…

– Между прочим, меня зовут Инна, – представилась девушка.

Имени ее я действительно не знал, потому что она приехала на каникулы только две недели назад из-за границы, где грызла гранит каких-то наук, и нас, по понятным причинам, никто друг другу не представил.

Пока я глупо хлопал ресницами, Инна продолжила:

– А по вашему лицу не скажешь, что вы рады. Да вы присаживайтесь, – предложила девушка, выразительно похлопав ладонью по измятой простыне, хранившей на себе следы минувшей ночи.

Я послушно опустился на край кровати, сложив на коленях руки, как провинившийся школьник.

Она прильнула ко мне, запуская пальчики под ворот несвежей сорочки, при этом сосредоточенно сказав:

– Ой, а вас комар укусил за шею. Хотите, я принесу вам специальное средство?

Мне хотелось только одного – чтобы она навсегда убралась из моей берлоги и больше не попадалась мне на глаза. Но чувственное дыхание молодого тела, прислонившегося к моему плечу, не позволяло мне даже пошевельнуться, а не то чтобы чего-то сказать.

– Извините, – наконец молвил я и, выйдя в кухню, прикурил.

Когда я вернулся в комнату, от ее присутствия остался лишь тонкий, манящий аромат французских духов и одинокая роза, горящая алым огоньком на измятой постели.

Мне срочно требовалось выпить, и я отправился в город.

Интуристовский пляж гостиницы «Ялта» переливался гомоном праздной толпы загорающих отпускников, чьи мозги безоглядно расплавило палящее солнце.

Пройдя в тенистую прохладу бара, я взял порцию джина с тоником и вернулся на солнечную террасу.

Рядом со мной на пластиковых стульях развалились две шоколадные барышни с хищными глазами искательниц приключений на поджарые попки. Девушки о чем-то тихо переговаривались, бросая в мою сторону робкие взгляды. Наконец одна из них обратилась ко мне с вопросом:

– Не подскажете, который час?

Часы привычно висели на левом запястье, но я даже не взглянул на них; вместо этого у меня вырвалось самопроизвольное высказывание:

– Какая разница, сколько сейчас времени, – я провел разгульную ночку и сексом сыт на пару ближайших суток. Это как минимум, так сказать – запасся впрок. Обращайтесь послезавтра. – Договорив, я направился к стекляшке бара за очередной порцией спиртного.

И тут мой взгляд случайно упал на толстопузого коротышку – того самого. Развалившись за соседним столиком, коротышка посылал мне многозначительные взгляды.

Будь я с ним не знаком, можно было подумать, что я пользуюсь успехом и у гнусных толстозадых педиков.

Небрежно поставив свой стакан на отполированную локтями стойку, я резко развернулся и зашагал к микромужику, храня на лице невозмутимое спокойствие пятнистого удава боа-констриктора.

Когда я приблизился к нему достаточно близко – так близко, что можно было почувствовать его напряженное дыхание, – лицо коротышки приобрело дружелюбное выражение. Не обращая внимания на кажущееся радушие господинчика, я со всего маху залепил ему в ухо, опрокинув на бетонные плиты.

Низкорослый мафиози растянулся под пластмассовым столиком, притягивая любопытные взгляды охочей до зрелищ публики. Из уха коротышки заструилась кровь, стекая по пухленьким щечкам.

Он встал на четвереньки, собираясь подняться на коротенькие ножки; и у него это наверняка бы получилось, если бы не одно обстоятельство – его зубастый рот наткнулся, как бы совершенно случайно, на мозолистую пятку моей ноги. Коротышка, как гуттаперчевый, проделал кульбит, на этот раз распластавшись плотно и надолго – плоский затылок гулко ударился о бетонное покрытие, а из приоткрытого рта торчал выбитый зуб.

Склонившись над бесчувственным телом, я прошептал в самое ухо поверженного:

– Никогда не подходи ко мне ближе километра. И держись подальше от дома Кораблева. Надеюсь, что ты все понял? Еще раз я увижу твою мерзкую рожу – укорочу ровно на голову. Бай-бай, крошка!

Выйдя из бара, я отправился к площадке перед «Интурой».

Когда такси домчало меня до особняка, я почувствовал произошедшую перемену: что-то было не так. И причина моего беспокойства крылась не только в застывшей у ворот милицейской машине с включенной мигалкой. Нервное напряжение просто витало в будто спрессованном воздухе.