Ониксовое копье метнулось снова, и снова Конан поймал его, но на этот раз он прыгнул вперед и вверх, проскочив над бьющим хвостом, и опустил свой меч вниз прямо на темя змеечеловека со всей силы своей могучей руки и плеча. Змееподобный череп треснул до подбородка. Ни один тренированный боец ​​не смог бы нанести подобный удар, удар в котором объединились инстинкт настоящего воина с грубым атлетизмом дикой природы. В течение нескольких безумных мгновений зал был заполнен извивающимися кольцами умирающего зверя. Конан отпрыгнул назад и подождал, пока тот умрет.

Затем он вернул кристалл на его место в центре зала. Когда его пальцы коснулись поверхности камня, он снова услышал шепот неведомых голосов в своем мозгу, их речь была за пределами его понимания. Конан опустил кристалл на подставку и тут же отдернул руку с проклятием.

Он взял копье и светящийся камень и вернулся через катакомбы к яме. Там Конан начал поднимать плиты и бросать их вниз. Пока он занимался этим, далекий гул сотряс землю, и киммериец отскочил назад, когда край ямы обрушился, полностью завалив вход в преисподнюю, что лежит глубоко внизу.

* * *

Конан направился обратно в зал, где ждали Ксейр и Белит. Белит стояла с отсутствующим взглядом, когда вошел Конан, а затем она повернулась, посмотрев на него.

— Я благодарю тебя, странник, — Ксейр, в теле Белит, поднял руки и снял амулет с шеи, положив его на кристалл.

— Не возвращайтесь больше на этот остров, ибо есть среди Йкарху те, кто хочет одеть смертные тела еще раз, вместо того чтобы терпеливо ждать. Когда я вернусь в камень моей души, твоя женщина будет спать некоторое время, а затем проснется. Прощайте!

Белит легла на землю и, казалось, погрузилась в сон. Конан тщетно пытался разбудить ее, а затем поднял ее осторожно на руки и понес по тихим мрачным коридорам к выходу. По странной прихоти он свернул в сторону, ища центральный зал. Когда нашел, то замер от удивления, глядя на сокровища Йкарху, сваленные большими кучами под центральным куполом. Лунный свет, льющийся через кристальные окна на богатства неведомых эпох, поражал взгляд фантасмагорией блеска.

В центре зала был большой мраморный помост, усыпанный треугольными золотыми монетами. Конан разгладил их для Белит и положил ее на ложе из мерцающего золота.

Через некоторое время Белит пошевелилась и проснулась. Она улыбнулась, когда увидела Конана, стоявшего рядом с ней, и зевнула, томно потягиваясь.

— Конан, — прошептала она сонно, — я видела сон, будто мы плыли на «Тигрице» за краем мира и среди звезд… Я потянулась и собрала их, как драгоценные камни…

Конан усмехнулся и осыпал ее полновесными золотыми монетами, которые скатились по ее грудям цвета слоновой кости. Красивые темные глаза Белит широко раскрылись от удивления, когда она увидела богатство, собранное вокруг нее. Она засмеялась и с наслаждением распростерлась на этом ложе из золота.

Конан присоединился к ней. И здесь, на сокровищах древнего народа Ингары, он стиснул Белит в своих железных объятьях.

«Von Kalmbach»

Тень в пламени

Глава 1. Ночной Яралет

Дрожащие факелы освещали пустынные улицы Яралета, тени наполняли пустые аллеи и темные арки. Здесь не было слышно ни чванливых шагов, ни бурного смеха припозднившихся гуляк, нарушающих притаившуюся тишину, ибо граждан Яралета удерживал за закрытыми ставнями и запертыми дверями комендантский час.